• Издания компании ПОДВИГ

    НАШИ ИЗДАНИЯ

     

    1. Журнал "Подвиг" - героика и приключения

    2. Серия "Детективы СМ" - отечественный и зарубежный детектив

    3. "Кентавр" - исторический бестселлер.

        
  • Кентавр

    КЕНТАВР

    иcторический бестселлер

     

    Исторический бестселлер.» 6 выпусков в год

    (по два автора в выпуске). Новинки исторической

    беллетристики (отечественной и зарубежной),

    а также публикации популярных исторических

    романистов русской эмиграции (впервые в России)..

  • Серия Детективы СМ

    СЕРИЯ "Детективы СМ"

     

    Лучшие образцы отечественного

    и зарубежного детектива, новинки

    знаменитых авторов и блестящие

    дебюты. Все виды детектива -

    иронический, «ментовской»,

    мистический, шпионский,

    экзотический и другие.

    Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

     

ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

 

 Ирина ДЕГТЯРЁВА

 

 

 

 


ОТДАЙ СВОЮ СТРАНУ
Отрывок из романа

*
Марио откинулся на спинку дивана, прикрыл глаза. Он вспомнил, когда впервые увидел Жозефа Нсабиману под Боготой, на вилле. Тогда Жозеф вошел к нему в комнату в медицинском халате. Невероятно высокий и красивый. Санчес считал себя гигантом, но Жозеф вырос как минимум на голову выше его. Темнокожий, но не черный, с чертами лица приятными – тонким орлиным носом, выразительными светло-коричневыми глазами, длинной шеей и тонкими изящными запястьями. Вид у врача был добродушный и сочувствующий. Он заговорил на незнакомом языке. Марио подумал, что это какой-то загадочный принц в изгнании.
В общем, колумбиец оказался близок к разгадке личности Нсабиману. Тот не афишировал, но, судя по намекам Марго, действительно принадлежал к королевской семье тутси и находился в бегах. Санчес не вдавался в подробности, например, какое отношение тутси имел к российской разведке и подлинное ли это его имя. Однако, кроме того, что Жозеф его лечил, имея прекрасное медицинское образование, он обучал колумбийца африканским языкам – руанда, китуба, санго и европейским - английскому и французскому. Как ни странно, хуже всего Марио давался английский. «Ты меня заплевал своими испанскими фрикативными, – шутил Жозеф. – А уж твое «р» – это словно ребенок с машинкой играет и рычит. Да, и прекрати жестикулировать, я и так знаю, что ты латинос, зачем об этом знать другим? Хотя твоя внешность…» – он по-детски улыбался.
Тогда между ними еще не возникло настоящей дружбы, но привязанность и симпатия были обоюдные. Уже попав в Конго, Марио узнал что Жозеф был одним из создателей РПФ*, а снова они встретились в Руанде по разные стороны баррикад. (*РПФ – Руандийский патриотический фронт – военная организация эмигрантов тутси.)
Нсабиману проник в Руанду вместе с отрядами повстанцев-тутси из Уганды, Санчес – был боевиком на стороне хуту в качестве искателя приключений, головореза и человека, который завоевывал себе дурную славу на африканском континенте. С амплуа плохого парня он справлялся отменно, опыт был, но до тех пор, пока судьба не свела его с принцем тутси…
– Ты спишь? – на руанда спросил его тихо вошедший в гостиную Жозеф. – Здравствуй.
Колумбиец открыл глаза и с минуту разглядывал великана, все такого же стройного. Только чуть морщин на лбу и у глаз прибавилось.
– А ты не меняешься, принц. Зашьешь мою черепушку? Не доверяюсь местным докторишкам.
– Все бегаешь и стреляешь? – Жозеф поставил на край стола пластиковый саквояж, открыл его и начал доставать шовный материал, шприцы и ампулы. – Из-за тебя с дежурства в госпитале ушел. Пришлось подмениться, а тут – пустячная царапина. Сам бы зашил.
– Можешь не обезболивать, – поморщился Санчес, покосившись на шприц. – Как ты? На родину не собираешься?
– Руанда теперь не та. – Жозеф подступился к Марио с иглой, надев одноразовые перчатки на тонкие руки, и начал быстро сшивать края раны. – Раньше, в моем детстве, это была сказка, легенда, согласно которой я жил, считая хуту и тва братьями. Помнишь, я, кажется, тебе рассказывал. Первый король Руанды Кигва спустился с небес. У него было трое сыновей – Гахуту, Гатва и Гатутси, от них и пошли тутси, тва и хуту. Король позвал сыновей и дал каждому калебас, наполненный молоком, и велел сторожить его всю ночь. Гатва выпил молоко, Гахуту заснул и пролил молоко, и только Гатутси выполнил отцовский наказ. В итоге Кингва поставил тутси на первое место, сделав своим преемником, Гахуту по желанию отца стал крестьянином, а Гатву король назначил слугой… – Ловкими пальцами Жозеф связал нить, наложив уже четвертый шов. – Не тянет? – уточнил он. – Так бы мы и жили, как братья, если бы не внесли европейцы к нам в дом гадюку – национальную рознь. – Он задумчиво посмотрел на распятие Христа, с щелчком снимая перчатки. – Кровь заполнила реки Руанды, зловонное море трупов – уничтоженных невинных людей. Кровь заполнила мою душу и сердце, а когда волна сильной боли схлынула, она ничего не оставила. Пусто внутри. Сначала я не хотел жить, а потом, когда ты привез меня сюда, просто стал лечить людей.
Санчес вздохнул, потрогал пластырь на лбу, встал и прошелся по комнате.
– Мне так хочется пообщаться с тобой, hombre. Проговорили бы всю ночь, как тогда. Еще не было этого дома, жили в той дерьмовой общаге. А сейчас нет времени. Надо ехать.
– Ты, как и прежде, вставляешь в речь испанские словечки, на каком бы языке ни изъяснялся… Когда думаю о тебе, пытаюсь понять, как ты можешь так жить? Постоянный режим войны – всегда, везде. Словно она вихрится вокруг тебя, как пыль вокруг эпицентра торнадо.
– Я не торнадо, а тореадор, – скаламбурил Санчес, скрыв недоумение, ведь Жозеф знал, кто он на самом деле, может, не наверняка, но догадаться было несложно, тогда к чему такие вопросы?..
Он пошел на огромный риск, вытащив Нсабиману из кровавой бойни, только благодаря своим качествам, в которых его сейчас и упрекал старый друг. «Нет, – подумал Марио, – вот потому я более близок с Луисом, чем с принцем. Мне нужен не мямля, рефлексирующий интеллигент с королевским прошлым, а крестьянин с грубым и пошлым подходом к жизни или любитель роскоши, парень из хижины – Мисумба. Жозеф во многом мое отражение. Наскучит все время глядеться в зеркало, захочется увидеть живые, пусть и не обезображенные интеллектом лица».

**
Зловонные трупы плыли по реке, а избитый до полусмерти Жозеф стоял на коленях на берегу. Он не молился, он ждал конца. И конец бы пришел от ствола автомата, уткнувшегося ему в затылок, с окровавленными, слипшимися волосами. Но обреченный тутси услышал знакомый голос с испанским акцентом:
– Кого ты там взял в оборот? Очередной подлый тутси?
В этот момент Жозеф мечтал только об одном, чтобы колумбиец узнал его со спины и не дал выстрелить.
– Ха! Он уже и так умер от страха. Гляди, посинел весь! – продолжал издеваться Санчес, и Жозефу стало еще страшнее от его тона. Но Марио добавил: – Отдай его мне. Нужны подопытные кролики. Полуживые, но все же не дохлые. Ты же знаешь мое прозвище, – он снова гнусно засмеялся.
– Да бери, этой падали не жалко.
Жозефа пнули ногой в спину. А Санчес схватил его за волосы и поволок за собой, заставив согнуться в три погибели. Он связал тутси и бросил в кузов белого пикапа. Кузов был весь перемазан кровью. Пока колумбиец вязал узлы на его запястьях, на его лице ничего не отражалось, словно он связывал неодушевленный предмет. Холодные глаза, умелые движения. Очевидно, он наловчился на такой работе за последние дни руандийской резни.
«А вдруг не узнал? Или узнал и все равно убьет?» – метались панические мысли в голове Жозефа. Однако едва они отъехали несколько километров, Санчес остановил машину и развязал тутси.
– Жив, докторишка? – насмешливо спросил он по-испански.
Но Жозеф понял, что он таким издевательским тоном подбадривает его, специально злит, чтобы злость подхлестнула остатки сил.
– Садись в салон, в бардачке – виски. Хлебни. Только мне оставь, мутит от этой вони.
В безветренном воздухе сосредоточился запах разложения человеческой плоти. Он сводил с ума своей сладковатой навязчивостью.
Когда они уже ехали, среди зарослей и высокой травы, Жозеф не удержался от упреков. У него текли слезы от боли, щипало разбитые губы от виски.
– Этот хуту не знал, кто я… Им все равно. Они вырежут нас всех, и ты им помогаешь. На твоих руках кровь невинных людей!
Колумбиец молчал, только периодически отирал лоб рукавом камуфлированной куртки и поглядывал на часы.
Они заехали в совсем дикие места. Машина с трудом продиралась сквозь заросли колючего кустарника. Затем машину они оставили и пошли пешком. Санчес поддерживал ослабшего Жозефа и привел его в скрытый среди густой травы и кустарника лагерь. Тут были тутси, много, в основном дети, женщины и старики. Они были напуганы, измучены и несчастны. Питались, в основном, консервами и запивали их водой из канистр – все это им доставлял Санчес. Костры разжигать он запрещал. Они смотрели на него, как на бога, и кидались к машине колумбийца, когда он привозил новых тутси, раненых, избитых, полуживых от ужаса.
Тутси сильно отличались внешне от хуту и тва, и Марио не решался их вывезти. Он выжидал. И когда отряды повстанцев-тутси, пришедшие из Уганды, стали действовать слаженно и результативно, Санчес, как Моисей, вывел тутси из их укрытия. Вместе с Жозефом они уехали в Пуэнт-Нуар. Какое-то время держались рядом, а потом их пути разошлись.
Жозеф знал, что колумбиец спас больше двухсот тутси, однако и убивать их ему приходилось, иначе он не завоевал бы доверия у хуту и не смог бы действовать среди них свободно. И как только в Пуэнт-Нуаре Марио напомнил о предложении россиян работать на них, Нсабимана снова отказался.
 -  Ты спас многих, но пожертвовал другими. Я так не смогу. Я – врач и умею спасать, а не убивать…

 

Роман Ирины ДЕГТЯРЁВОЙ «ОТДАЙ СВОЮ СТРАНУ»

и послесловие Сергея ШУЛАКОВА "АФРИКА РЯДОМ"

опубликованы в январском выпуске журнала «ПОДВИГ» за 2015 год


 

Статьи

Посетители

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Реклама

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ