ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР


Валерий Гусев, известный мастер, ветеран детективного жанра, убежден: «Талантливая детективная проза поднимает воспитание правовое на уровень воспитания нравственного».

 milpollit350В свое время большую популярность среди читателей имела группа осведомленных авторов, которые пользовались особым доверием спецслужб и органов МВД – своеобразный круг избранных, кого допускали к служебной информации, к спецархивам, рекомендовали им для использования конкретные темы, интересные уголовные дела, консультировали. К этому кругу принадлежит профессиональный литератор Валерий Гусев, автор почти двухсот художественных и документальных книг. В их числе: детективы, произведения по истории правоохранительных органов России, приключенческие повести для детей и подростков; он участник специальных телепрограмм правовой тематики.  В прошлом – член Комиссии по приключенческой литературе Союза писателей СССР, вице-президент Московской ассоциации детективного романа. Неоднократный дипломант и лауреат литературных премий СП и МВД, награжденный ими «за создание положительного образа сотрудника милиции, мужественного борца с преступностью».
Не многие из таких писателей сохранили свой статус в новейшие времена. Валерий Гусев – сохранил. По его произведениям можно составить представление о реальной службе тех милиционеров и полицейских, которые продолжают работать по Закону и совести. На фоне определенного недоверия к нашей милиции–полиции Валерий Гусев создает реальные образы тех служителей Закона, кто и в наших условиях остается верным своему долгу – профессиональному, гражданскому, человеческому. 
     Валерий Борисович  сотрудничает с нашим издательством более десяти лет. Традиционно раз в год в журнале «Подвиг»  публикуется повесть, рассказ  либо роман , в журнале «Детективы «СМ» есть место для остросюжетной прозы, литературно - исторические расследования и даже плутовской роман ждут вас на страницах «Кентавра». Целое собрание сочинений! В помощь заинтересованному читателю и озадаченному им библиотекарю предлагаем перечень публикаций Валерия Гусева за несколько лет:
Подвиг №01-2005 Шериф Семиречья
Подвиг №04-2006 Казнить нельзя помиловать
Подвиг №10-2007 Отель «Лагуна»
Подвиг №04-2008 Паруса в тумане
Подвиг №12-2009 Забытые портреты
Подвиг №10-2010 Оперативный рейд
Подвиг №07-2012 Не просто выжить
Детективы «СМ» №07-2005 Крысы в океане
Детективы «СМ» №06-2007 Воры в доме  
Детективы «СМ» №09-2008 Тёмный гость
Детективы «СМ» №02-2013 Чёрное озеро
Кентавр №02-2010 Граф Толстой «Американец»
Кентавр №05-2013 Утраченная победа (повесть о первой мировой войне)

ВНИМАНИЕ!Отрывок из повести и послесловие к ней можно прочитать на сайте!

А теперь предоставляем слово нашему автору.

– Валерий Борисович, издательство «Подвиг» на протяжении нескольких лет участвует в социально -значимых проектах «От прежней милиции - к современной российской полиции»; «Моя милиция: кому немало дано,с того и спрос, на того и надежда». Да, положительные герои Алексея Клёнова («Выхожу себя искать», журнал «Подвиг» № 04-2013), Александра Ключенкова  (повесть «На излучине», журнал «Подвиг» №11-2013) дарят надежду на то, что есть ещё честные, добрые, самоотверженные люди, и «моя милиция меня сбережёт». Но... не ложная ли это надежда? И каковы, по Вашему мнению,  роль и место литературы в формировании, как сейчас принято говорить, «привлекательного имиджа работников правоохранительных органов»?

– Вопрос непростой. Ответить на него без оговорок невозможно.
На мой взгляд, положительный образ современного полицейского, в первую очередь, должна создавать сама полиция. Своим профессионализмом, чистотой своих рядов, результатами своей деятельности, внутренней и внешней культурой. Это особенно актуально после той грязной волны, что обрушили в последние годы СМИ на всю отечественную правоохранительную систему. Это шло в общем русле безоглядного охаивания всего нашего советского прошлого. И не прошло бесследно. Не выдержав такого агрессивного напора, предвзятого мнения общественности, очень многие сильные профессионалы, так называемая наша ментовская элита, ушли из органов. Потери были огромны. Они до сих пор не восполнены. А многие места профессионалов заняли взяточники, коррупционеры, откровенные бандиты и хамы.
Не так давно прежний министр Нургалиев сделал было попытку с помощью писателей и журналистов поднять авторитет работников милиции. Задумка была неплохая: выпустить серию книг о достойных ее представителях. Причем, каждый том планировалось посвятить конкретно работникам той или иной структуры – участковым, операм, следователям, криминалистам и др. Однако, ничего из этого не вышло. И дело не в том, что таких в системе нет. У нас, к счастью, еще остались сильные профессионалы, умелые, опытные, преданные своей важной работе, те, благодаря кому еще сохраняется хрупкое равновесие между Добром и Злом. А дело в том, что, как всегда, на благое дело у нас не нашлось средств. Но скорее всего, упущено время. Если раньше в милицию молодежь шла за романтикой, ради борьбы за справедливость, то теперь – за деньгами, за властью, за безнаказанностью.
С другой стороны хорошая литература о хороших ментах – это большая сила. Особенно в том, что она привлекает молодежь. Вспомните: такое у нас было. И не только в области детективного жанра. Врач Устименко, офицеры Трофимов и Варавва, солдаты Бровкин и Перепелица… Да мало ли! И не случайно после этих фильмов молодежь рванулась в медицину, в военные училища, в школы милиции, на целину.
Достойному автору читатель, естественно, поверит, хотя, выйдя за дверь, встретит реальность иного рода. Так что лишь силами искусства эту задачу не решить.

– Образ советского милиционера не всегда был дистиллированным, это зависело от глубины реализма и совести автора. Но современный российский полицейский и в журналах, и в сериалах  часто идеализируется. Это авторы так пишут, или писатели испытывают какое-то давление?

– Сразу же возражу: образа настоящего российского полицейского сейчас практически нет ни в книгах, ни на экранах. Если он изредка и появляется, то принять его за идеальный что-то не хочется. Хотя, как правило, такой герой где-то обаятелен, вызывает своей непримиримостью симпатию читателя-зрителя; он, конечно, крут и беспощаден. Но этот мент чаще всего мент вне закона. У него свой закон – он и следователь, и опер, и судья, и прокурор, а частенько – и палач. Где-то, – очень редко – это бывает оправданным, если автор способен такое обосновать. А в целом – милиционер на экране (да и в книгах) либо откровенный дилетант, либо действия его – сплошное беззаконие.
В целом же, в книгах (особенно, на экранах), повторюсь, полицейского не видно. Там действуют либо совершенно нереальные структуры – ФЭС, ОСА, либо адвокатские конторы, частные детективы. Последние, кстати, настолько увлечены своей деятельностью, что без конца сами нарушают закон – ведь права таких агентств весьма четко ограничены соответствующими регламентами.
Но, объективно говоря, некоторые из этих сериальных структур довольны симпатичны нашему не очень требовательному потребителю. Сюжеты – оригинальны, действие – динамично, герои – обаятельны, справедливость – торжествует. (И, видимо, не случайно, многие из таких книг и сериалов сопровождаются ремаркой: события вымышлены, совпадения случайны). Но, может быть, такая продукция и нужна нынешнему читателю-зрителю? Может быть, такая тенденция не случайна? Может быть, эти произведения закрашивают белые пятна действительности? Ведь по сути мы не видим реальных людей системы, работающих, как принято говорить, на земле. Причем, не одиночек – суперменов, а ребят одного кулака – опер, следователь, эксперт, аналитик, внештатный агент. Ничего этого, на чем все еще держится наша истерзанная (изнутри и внешне) правоохранительная система, нет.
Говорить же о том, что авторы испытывают какое-то давление, не приходится. Напротив: создается впечатление, что органам совершенно безразлично, как о них пишут и что о них снимают.
Однако некий «ненавязчивый» диктат ощущается со стороны издателей. Они, конечно, лучше нас знают, что нужно читателю. И охотнее всего берут к изданию то, что пересолено, переперчено, да еще и с грязью… Отсюда – бандитские романы, чернуха с порнухой, ментовский беспредел. Дилетантизм и графомания. Сейчас пишут все. Писателей все больше, читателей все меньше. Да и те, что остались – нетребовательны, с испорченным вкусом, отученные от нормальной литературы. Представляю, с какими трудностями сталкивается при отборе авторов ваша компетентная редакция, сберегающая традиции добротной литературы.

– Вы, как специалист, можете припомнить такой период в истории нашей страны, когда общество в основном доверяло правоохранителям? 

– Такие периоды в нашей стране были. К примеру, двадцатые годы. Становление советской милиции. В ее рядах – люди неопытные, чаще всего молодые, случайные. Никаких специальных технических средств, практически без транспорта – выезжали на место происшествия на извозчике. Слабо вооруженные – в основном солдатскими несамовзводными «наганами». Но у этих людей было главное  оружие – горячее желание защитить граждан от бандитов и ворья всякого разбора, раз и навсегда покончить с преступностью. Была преданность своему делу, самоотверженность, чувство долга.
Зачастую – голодные, на скудных пайках, плохо одетые и худо обутые, они встали против злобной силы профессиональной преступности: тысячи банд, иные из которых насчитывали сотни стволов; иные из них возглавляли опытные фронтовые офицеры. Они не только умели стрелять, но и умели планировать и организовывать свои бандитские операции.
И народ поверил в свою народную милицию. Хотя никто не работал над ее имиджем. Кроме самой милиции – ее отвагой и беспощадностью. Скупые заметки в газетах об очередном разгроме очередной банды, о разоблачении махинаторов и казнокрадов, о привлечении к суду спекулянтов, о гибели милиционеров на своем посту. И это все. Но граждане стали чувствовать себя защищенными.
Предвоенная милиция. Уже технически оснащенная, уже усиленная грамотными специалистами, с чистыми руками, с большим опытом. Годы войны показали – насколько она была сильна и популярна. На ее плечи тяжким грузом легли новые обязанности, несвойственные ей: охота на ракетчиков и диверсантов, «отлов» дезертиров и паникеров, разбор завалов после бомбежек и артобстрелов, борьба со спекуляцией и многое другое. Формировались спецотряды и батальоны оперативников для борьбы в тылу врага.
Первые послевоенные. Опять же – разгул преступности, масса незаконного оружия, не нашедшие своего места фронтовики… Справились и с этой бедой.
А если ближе к нашему времени – период министра Щелокова. Кто бы что ни говорил, он очень многое сделал для роста популярности милиции. Николай Анисимович принял милицию далеко не в лучшую ее пору. Как и любая другая структура она не избежала элементов застоя, некоторой деградации. Низкий уровень образования сотрудников. Несовершенное техническое обеспечение оперативных и других служб. Укрывательство преступлений. Хромая дисциплина. Разрушенная агентурная сеть. Плохая организация связи. Участковый – на велосипеде или на лошади. Однако… Старые опера говорят на манер Черчилля: «Он принял милицию со свистком, а оставил ее с рацией». И начал Щелоков поднимать престиж органов с того, что поднял работу каждого конкретного милиционера на новый уровень: технический, моральный, материальный. По сути это была глубинная реформа. А уж затем привлек и заинтересовал самых достойных представителей советской культуры. Достаточно сказать, что знаменитый марш советской милиции написал Шостакович. Вспомните прекрасные книги, фильмы, песни. Вспомните День советской милиции. Сколько теплых слов, сколько благодарности. И вовсе это было не под влиянием пропаганды – милиция заслужила доверие народа.
И, кстати, книги, фильмы, песни, всеобщая любовь сделали службу в милиции привлекательной и престижной. В нее пошла лучшая молодежь. Не за довольствием, не за властью, не за погонами. А с тем же, как и в первые годы, желанием бороться со злом.
А что сейчас?.. Что дала самим органам и гражданам распиаренная нынешняя реформа? Повышение окладов, неэффективная переаттестация, новая форма… И главное – переименование милиции в полицию! Кто это придумал? Ну как же – и на Западе, и в Штатах полиция, а мы ведь не хуже. Не хуже, но в нашей стране слово «полицейский» ассоциируется далеко не с положительными образами. И даже не подумали: а как теперь обращаться к полицейскому? «Товарищ полицейский»? «Господин полицейский»? Да, как-то это дурно придумано.

– В последнее время в России появилось много произведений,  романтизирующих преступника; авторы копаются в тонкостях его душевного устройства, в роковых обстоятельствах,  принудивших  подростка избить старуху и отобрать у неё последние две тысячи… Как по-вашему, на такие сюжеты есть спрос, они востребованы читателем?

– Что же, все в мире меняется. Спекулянты стали коммерсантами, жулики – бизнесменами. Прежде: бандит – плохой, мент – хороший. Нынче наоборот. В свое время классик английского детектива Чарльз П. Сноу справедливо заметил, что детективная литература – признак цивилизации, а расследование преступлений – символ всего положительного, что есть в современном мире, романтика в полном смысле слова.
А как же без нее? Загадка, расследование, преодоление препятствий и опасностей, возмездие, торжество справедливости.
Впрочем, романтизировать преступника – это идет из глубины истории. Может быть, от неосознанного желания справедливости. Робин Гуд и прочие… Отобрать у богатого и отдать бедному – благородно? Наказать жестокого и защитить слабого? Тоже вроде бы достойно уважения и благодарности.
Но ведь в основе этого «благородства» лежит неблагородное зло. В любом случае, если преступник делает кому-то хорошо, значит, за чужой счет. В основе любого преступления – боль и страдание других людей, жестокость, а нередко – и гибель.
Преступность не может быть нравственной. Преступник не может быть благородным, какими бы «гуманными» соображениями он не руководствуется. Да, исследовать те или иные причины, увлекшие человека на преступный путь – литература обязана; это одна из главных задач в сфере детективного жанра. Но пускать слюни, доказывая, что какой-то мерзавец забил «вредную» старушку из-за того, что в детстве у него не было велосипеда или папа бросил маму – так же безнравственно (а то и подло), как и само преступление.
Закон должен быть беспощаден. И если он дает условный срок педофилу и убийце – это не Закон, это беззаконие.
А в основе таких сюжетов лежит не какая-то гуманная классика, а общая тенденция в среде издательств и дилетантов от литературы.
Однако, исключения бывают, но не о них сейчас речь.

– Валерий Борисович, расскажите  об источниках, опираясь на которые, вы создаете свои произведения.

– В советское время при Союзе писателей существовала Комиссия по приключенческой литературе (детектива у нас тогда не было). На заседаниях этой Комиссии обсуждались новые книги; приглашались представители правоохранительных органов. Они давали произведениям свою оценку (с точки зрения профессионализма) и рекомендовали конкретные проблемы для использования в качестве сюжетов.
Кстати, в то же время в МВД существовал специальный отдел консультаций для писателей, работающих в жанре детектива. Здесь проходили профессиональную оценку рекомендованные к печати повести и романы.
К чести сотрудников отдела – они никогда не вмешивались в чисто литературные атрибуты будущей книги. Они лишь следили, чтобы в книгах и фильмах не было всяких глупостей, «ляпов и ляпсусов» с точки зрения профессиональной достоверности. Чтобы автор не «вставлял обойму в ствол», не путал работу следователя и опера, опрос с допросом, «манлихер» с марвихером, шконку со шмоном. Естественно,  давались этим отделом и более серьезные рекомендации.
Уже в наше время была создана Ассоциация детективного романа, возглавляемая Эдуардом Хруцким. На встречи с писателями он приглашал чекистов, оперативных работников милиции, криминалистов, разведчиков. Их рассказы, как правило, ложились в основу художественных произведений.
Многие писатели имели личные контакты с руководством МВД, с его работниками «на земле».
Но сейчас вполне достаточно просмотреть криминальную хронику в любой газете или по TV. А уж дальше дело автора – дело его таланта, опыта, знания жизни, воспоминаний и впечатлений. Да и совести.
Можно только заметить, что очень тесная привязка к конкретной ситуации, с нашей точки зрения, не всегда желательна. Ведь автор должен не просто рассказать о преступлении и его раскрытии, а по возможности широко осветить социальный аспект события, сделать выводы и донести их до читателя.

– Многие утверждают, что правоохранительные органы используют в своей работе сверхъестественные способности  экстрасенсов, парапсихологов… Вам известны такие случаи?

– Такие случаи известны. Они редки. И достаточно редки для того, чтобы объяснить их случайностью. Говорят, в наших органах даже был когда-то создан спецотдел по использованию способностей экстрасенсов в целях розыска пропавших людей и выявления преступника.
Но не очень-то в это верится. Если бы так, то нашим правоохранительным органам (численностью уже превышающим личный состав армии) ничего не пришлось бы делать. Звякните, ребята, какой-нибудь ясновидящей, и она вам точно скажет: кто совершил, где он скрывается и чем болен. И даже как его лечить на личном у нее приеме.
Нельзя это воспринимать всерьез. В свое время мне довелось работать в газете «Тайны народной медицины», которая пропагандировала нетрадиционных лекарей, колдунов и ведьм, экстрасенсов и ясновидящих. Мне приходилось с ними общаться и даже побывать на их сборищах. Они многое умеют: жевать электрические лампочки, катать взглядом сигарету по столу и делать бесполезные пассы над головой пациента.
В основном (99%) это шарлатаны, наживающиеся на боли и отчаянии людей. И не на них надо рассчитывать в борьбе с преступностью, а на профессионалов, оснащенных знаниями, наукой, опытом, хваткой, современной техникой, паутиной информатики.

– От одного из литературных редакторов  я услышал такую оценку: «Рецензировать современный российский детектив – себя не уважать». Действительно, в сравнении с иностранной, в особенности с европейской остросюжетной литературой, основной поток  наших детективов – графомания, и приходится немало потрудиться, чтобы собрать редакционный портфель издательства «Подвиг». Почему, на ваш взгляд, сложилось такое положение?

– Что касается качества отечественного детектива, я, возможно, выскажу мнение, отличное от оценок наших издателей и читателей.
Совершенно убежден: советский детектив был лучшим в мире. Он отличался, прежде всего, профессионализмом автора, как писателя, так и милиционера, работника спецслужб. Он никогда не ограничивался примитивной схемой: преступление, розыск, наказание. Каждая хорошая книга была не только расследованием, но и (на детективном фоне) исследованием. Исследованием характеров, взаимоотношений, нештатных ситуаций. Поднимались на таких страницах острые моральные и этические проблемы. Наш детектив был устремлен на ликвидацию у граждан правовой неграмотности, на воспитание молодежи.
Но, как всегда и во всем, и здесь мы взяли у Запада  самое худшее. (Не говорю, конечно, о по-настоящему блистательных писателях, классиках английского, французского, американского детектива). Речь идет о тех произведениях, где действует главный герой в лице частного детектива. Он работает не сердцем и умом, а кулаком и пистолетом.
И многие наши авторы, особенно из нового половодья, пошли по этому пути. Согласитесь – писать о похождениях частного сыщика куда как проще, чем о профессиональном работнике системы. Не нужны ни знания, ни консультации, ни здравый смысл. Чтобы убедительно писать о современном профессионале, автор должен обладать не меньшей компетентностью в этой области, чем работник правоохранительных органов. Отсюда – безграмотность, переоценка маркетинговых тенденций, откровенный бред, который порой увлеченно поглощает наш загубленный читатель. Тоже бывший когда-то лучшим в мире.
Отучили писать, отучили читать…
И все же, все же… Есть надежда, что наш детектив вернет утраченные позиции, а наш читатель снова станет лучшим в мире. Для этого нужно восстановить в литературе искренность, словесное мастерство, яркие и достоверные характеристики персонажей, четкий и реалистический сюжет. А самое главное – возродить чуткость писателя в оценке социальных процессов, умение отражать жизненную правду, проникать в глубинную суть общественных отношений.

Желаю читателю «Подвига» и «Детективов СМ» выбирать именно такие детективы, благо возможность для этого есть!

Беседовал Сергей ШУЛАКОВ

Комментарии   

+4 #1 О публикации произведений на страницах ваших журналовНиколай Самуйлов 12.12.2013 11:40
Здравствуйте!
Хотелось бы поговорить с Валерием Борисовичем. Но он человек занятый своим творчеством и на все возникшие у меня вопросы ответил в опубликованном интервью. Я знаю, что рукописи не рецензируются и не возвращаются. Но, тем не менее, хочется услышать от настоящего писателя хотя бы реплику, не обязательно положительную,н о справедливую, на затраченный автором труд. Я отставник. Работал в органах более 30 лет. Подполковник милиции. Образование высшее юридическое. Живу в Москве. Пишу. В основном фантастику и стихи. Написал детективную повесть (8 а.л.). Сообщите, если это возможно, ваш электронный адрес или адрес Валерия Борисовича. Всё-таки хочется получить рецензию или быть опубликованным вашим издательством.
С уважением Н.Самуйлов
Цитировать

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Реклама

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ