dsm310x190red 

«Детективы СМ».

    6 выпусков в год (по два автора в выпуске). Лучшие образцы отечественного и зарубежного детектива, новинки знаменитых авторов и блестящие дебюты. Все виды детектива - иронический, «ментовской», мистический, шпионский, экзотический и другие. Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

 

 

Элизабет С. ХОЛДИНГ

БЕРМУДСКИЙ МНОГОУГОЛЬНИК

Отрывок из романа

Перевёл с английского Ник. СПИЦЫН

 

– Входите, Хэмиш.

Факита закрыла дверь на замок и села на краешек кровати. Абажур ночника Факита обернула тонким черным шарфом, и света в комнате было теперь еще меньше. Сама она была одета в черный шелковый пеньюар с капюшоном, а свои роскошные волосы заплела в косы. Обстановка комнаты и вид ее обитательницы просто-таки вгоняли в депрессию. Хэмишу трудно было не заразиться чувством самой хозяйки: ничто больше не имеет значения, все кончено...

Он помедлил немного, выбирая подходящие слова.

– Неприятно вас беспокоить в такую минуту, – продолжил он, наконец, – Но, боюсь, придется… Суперинтендант Джессер вас об этом, конечно же, спросит. Вам лучше приготовиться заранее. Видите ли, Факита, миссис Мэйпс ему сказала, что вы от меня получали письма.

– И что? – пожала она плечами. – Кто обратит внимание на болтовню этой странноватой особы?

– Джессер мог бы…

– Ну уж, нет, – сказала она с оттенком высокомерия. – Мистер Джессер и мой муж Гектор были добрыми приятелями. Он и меня очень хорошо знает. Он поверит тому, что я скажу. Вся эта история – одна из выдумок вашей подружки Стефани.

– Стефани не…

– Хэмиш, я пыталась предупредить вас относительно этой девушки. Однако вы мне не поверили. А сейчас вы ослеплены своей страстью к ней. Вы… не можете видеть ее такой, какая она есть на самом деле. Она… очень умна. Когда-то она одурачила Реджи. Сейчас ее жертвой стали вы. Меня она ненавидит. Она приняла решение отнять у меня всех и все. Но  Гектора ей оплести не удалось. Тогда она его убила.

– Факита! Послушайте!

Она не сводила с него пристального взгляда.

– Хэмиш, верите ли вы, что Гектор покончил с собой?

– Нет, – сказал он. – Но… не верю.

– Вы один знаете это, Хэмиш, один-единственный. Вы были на нашем венчании, видели…как Гектор меня любил. Вы верите, что он оставил бы меня по своей воле? Просто взял и бросил… опозоренную?

– Опозоренную? – повторил ошарашенный Гриер.

– Нет большего позора для женщины, чем быть брошенной мужчиной, которого она любит, вы разве не знали этого?

Речь ее звучала так, будто английский язык не был ее родным, однако это был не иностранный акцент, нет, а какой-то трудноопределимый нюанс. Хэмиш вспомнил, что почти всю свою жизнь она провела в странах Латинской Америки. Ее нельзя было назвать современной женщиной, она вообще не была похожа на американку. У нее и гордость была какая-то иная, особенная… Он с тяжелым чувством смотрел на нее.

«Мог ли Гектор так поступить? Бросить ее? Быть может, Стефани ошибалась?»

– Хэмиш, – прервала его размышления Факита. – Я так утомлена… Не могли бы вы, Хэмиш, как-то повлиять на мистера Джессера? Вы ему передайте содержание этого нашего разговора… Может, он меня пощадит, не станет трогать до утра?

– Боюсь, что нет. Мне кажется, он решительно нацелен на беседу с вами. Он только что допрашивал  на кухне вашу служанку Лию…

– Опять? Но они ведь отпустили ее, Хэмиш! Против нее не нашлось улик. Здесь каждому известно о ее доброте и безупречной честности... Хорошо, я приму мистера Джессера прямо сейчас! – решила Факита. – Скажите ему, что я жду его в гостиной, будьте добры...

Она произнесла это высокомерным тоном, который, по наблюдению Гриера, проскальзывал и раньше.

– Я хочу положить этому конец, – продолжила она. – Чтобы потом отдохнуть без помех… Пусть он послушает, что я ему скажу об этих письмах, а потом пускай спрашивает эту злобную, назойливую старуху, миссис Мэйпс, и решает для себя, кому он должен верить.

«Сказать ей, что ли?..»

Но при взгляде на нее эта мысль улетучилась. В тусклом свете лицо Факиты казалось изнуренным, она была так слаба, так потерянна…

– Я поговорю с Джессером, – мягко сказал он.

ххх

  Помещение кухни было ярко освещено и вычищено до блеска. Вся утварь, посуда, кастрюльки, плошки, ножи, сковородки были на своих местах. Джессер примостился на краешке стола, Лия  сидела, выпрямив спину и сложив праздные руки на коленях. Лицо ее было бесстрастно и неподвижно.

– Входите, мистер Гриер, – пригласил Джессер. – Дверь прикройте, будьте добры. Вам здесь может быть интересно…

 Не успел Хэмиш и слова вымолвить, как мимо него в кухню вторглась Факита. На ней был все тот же черный пеньюар с капюшоном, но тяжелые косы были сейчас подобраны. Тонкая, стройная, она выглядела потрясающе, – но какое же болезненное выражение сохраняло ее лицо...

– Извините, мистер Джессер, но нельзя ли побыстрее со всем этим покончить и дать мне отдых?

– Присядьте, миссис Мэллой, – соскользнул тот со стола.

– Нет, спасибо, – отказалась она. – Я просто подумала, что если прямо сейчас дам показания… Хэмиш говорит, будто миссис Мэйпс сочинила для вас нелепую историю о каких-то письмах, которые, будто бы, я от него получала. Так вот, я это отрицаю.

– Лучше все-таки вам присесть, миссис Мэллой…

– Это все, что я могу заявить, мистер Джессер. Хочу отвергнуть эти вздорные сплетни. Вот вам мое слово против слова миссис Мэйпс. Если она собирается настаивать на своих измышлениях…

– Сядьте же, миссис Мэллой! – бережно взял ее за плечи Джессер и с мягкой настойчивостью усадил на стул. – Миссис Мэйпс… с ней нехорошее случилось.

– Я знаю. Лодыжка…

– Там дело куда серьезнее, миссис Мэллой.

– Что вы имеете в виду?

– Миссис Мэйпс мертва, – грустно покачал головой Джессер. – Ее задушили…

– Мертва?! – вскрикнула Факита. Ее черные глаза расширились. – Не может быть! От этого не умирают!

– От чего?! – воскликнул Хэмиш.

Джессер послал ему уничтожающий взгляд.

– Вы пытаетесь сказать, что не были намерены зайти настолько далеко, миссис Мэллой? – спросил он вкрадчивым тоном. – То есть, вы просто хотели ее проучить, но убивать не хотели?

– Конечно, нет, – пролепетала Факита.

 

Хэмиш пятился назад, пока не уперся спиной в стену.

– Факита! – предостерег он ее. – Не говорите больше ничего!

– Думаю, миссис Мэллой предпочтет объясниться, – возразил Джессер. – Вы понимаете, миссис Мэллой, что не обязаны отвечать ни на какие вопросы или делать какие-либо заявления, и что каждое ваше слово может свидетельствовать против вас?

– Да, понимаю, – ответила она. – Но я ни в чем не виновата. Это недоразумение. Не могло это стать причиной смерти.

– Факита! – взмолился Хэмиш. – Ради бога, замолчите!

– Я хочу объяснить, Хэмиш, – возразила она. – Хочу со всем этим покончить. Меня не в чем обвинять. Скорее всего, она умерла от чего-то другого. Возможно, от сердечного паралича, или же с ней случился удар. Не могла она умереть… от этого.

– Хочу, чтобы вы лучше поняли ситуацию, миссис Мэллой. Вам грозит обвинение в том, что вы путем удушения лишили человека жизни.

– Что за чушь! – воскликнула Факита. – От этого не умирают. Когда я была маленькая и начинала вредничать, брыкаться, моя няня всегда так поступала, чтобы меня усмирить. Накрывала мне лицо подушкой и прижимала…

Она запнулась и обернулась на чиркнувшего спичкой Хэмиша. Он, отвернувшись, прикурил сигарету.

– Однажды я начала с ней бороться, даже драться, и Хуана держала подушку дольше обычного, – продолжала губить себя Факита. – Я как бы уснула, но она влила мне в рот настой трав, и я вскоре очнулась. Почему вы не попросите Лию дать миссис Мэйпс какое-нибудь снадобье? Лия прекрасно разбирается в целебных растениях.

– Миссис Мэйпс умерла, миссис Мэллой.

– Не стоит быть такими легковерными! – возразила Факита. Она закинула ногу на ногу, и взору Хэмиша открылись ее изящные щиколотки и маленькие ступни в соломенных сандалиях. – Я однажды видела на Тринидаде… Был один индиец… Я его видела собственными глазами, и даже разговаривала с ним. Его положили в гроб и похоронили. Он лежал в могиле целую неделю. А когда откопали, он был живехонек.

– Аминь! – промолвила Лия.

– Он сказал, что сотни… тысячи людей, про которых думают, что они умерли, на самом деле вовсе не мертвецы. Если только знать, как вызвать их души назад…

Хэмиш, вдыхая табачный дым, старался удержать себя в руках, не поддаться тому убийственному ужасу, что постепенно его окутывал.

– Пошлите за адвокатом, Факита! – сказал он. – Не надо больше… Не продолжайте!

– Но мистер Джессер знает, что я ничего преступного не сделала… Миссис Мэйпс была уже в возрасте. Может быть, уже и умирать готовилась.

– Из комнаты вы через окно выбрались, не так ли, миссис Мэллой?

– Да. Я не хотела, чтобы кто-нибудь меня увидел.

– Вы нам расскажете, с какой целью вы отправились к миссис Мэйпс?

Впервые за все время Факита заколебалась, явно смутившись.

– Это было… нечто личное, – сказала она, наконец.

– Вы хотели завладеть неким письмом, которое, как вы считали, находилось у миссис Мэйпс, верно?

Она умолкла, опустив ресницы, густые, длинные и иссиня-черные на фоне побелевших щек. Красота ее не покинула, но Гриер уже не видел в этой красоте ни доброты, ни романтики – в глазах Факиты царила пугающая пустота. И ведь так было всегда… Теперь он это понял. Ее прекрасные уста ни разу за все время не произнесли чего-либо разумного или интересного… Он никогда не замечал въявь ни малейших признаков тех качеств, которыми сам наделил ее в своем воображении. Ни тепла, ни духовности, только это изящество линий, очертаний, жестов…

– Скажите все же, миссис Мэллой, – настаивал Джессер. – Или вы предпочли бы остаться со мной наедине, и тогда…

– Письма никакого не было. – отказалась она. 

– Это письмо у меня, миссис Мэллой.

Она бросила быстрый взгляд на Джессера и снова потупилась:

– Ну… это была… шутка.

– Вы хотите сказать, что написали его, желая пошутить, миссис Мэллой?

Она подняла свои бархатные глаза на Хэмиша и посмотрела испуганно, умоляюще.

– Нет, его написал Хэмиш. Правда ведь, Хэмиш? Вы мне прислали… прежде чем приехать сюда. Ведь вы… все помните, Хэмиш, разве нет?

– Нельзя ли мне взглянуть на него?

Джессер достал бумажник и вытащил из него листок писчей бумаги.

– «Моя возлюбленная Факита, – прочел он без выражения, монотонно, и окинул взглядом собравшихся в кухне людей. – Подумать только, скоро я снова тебя увижу. Все минувшие месяцы я только и делал, что ждал нашей новой встречи. Только радость от мыслей о предстоящем свидании с тобой отравлена гложущей меня ревностью. Иногда я испытываю жгучее желание убить того человека, который смеет называть тебя своею. Меня одолевают ужасные мысли.

Твой в любви и отчаянии,

Хэмиш»

Гриер не мог оторваться от сигареты.

– Хэмиш! – окликнула его Факита. – Ты писал! Писал…

– Эксперт-почерковед сможет во всем разобраться, миссис Мэллой.

Она испуганно перевела взгляд с Хэмиша на Джессера и опять опустила глаза.

– Хорошо, это я написала, – прошептала она. – Миссис Мэйпс была такой отвратительной сплетницей, вечно вмешивалась в чужие дела… Ходила по соседям, по всей округе, и врала. Врала! Она пришла сюда, ко мне домой, и тоже наврала. Сказала, будто слышала, как Гектор говорил Стефани… что собирается уйти от меня! 

В голосе ее прозвучало настоящее отчаяние.

– Нельзя ли эту процедуру… отложить? – тихонько спросил Хэмиш Джессера, но тот лишь покачал отрицательно головой и задал новый вопрос:

– Миссис Мэйпс понимала, что это письмо было шутливым, миссис Мэллой?

– Откуда я знаю, что она там понимала? Она была очень глупа. Видите ли, она сказала, что слышала, будто Гектор говорил Стефани, что он вызвал сюда Хэмиша, – приглядывать за мной в его отсутствие. Дескать, Хэмиш отнесется ко мне добрее, чем кто-либо еще из его знакомых. Я не могла позволить старой негоднице распространять эту ложь. Ну, и сказала ей, что Хэмиш как раз едет повидаться со мной, а не с Гектором. И показала ей это письмо. Мне совсем недавно стало известно, чта выжившая из ума дурочка его, оказывается, прикарманила и унесла к себе домой. Нужно было его отнять, забрать назад... Я не хотела настраивать против себя Хэмиша.

Гриер бросил сигарету на чисто вымытый пол, раздавил ее ногой и тут же закурил новую. Факита от страха ничего не соображает, только чувствует, что попала в западню. Ей уже не помочь.

**

– Ведь вы и смерти Раймонда не хотели, верно, миссис Мэллой?

– Нет, не хотела.

– Джессер! – вмешался Гриер. – Это… бесчеловечно! Неужели вы не можете…

– Идет следствие по делу об убийстве, мистер Гриер, – напомнил ему суперинтендант. – Если вам это не нравится… предлагаю покинуть помещение.

– Прошу, не уходите, Хэмиш! – взмолилась Факита. – Не верьте мистеру Джессеру. Это никак не убийство. Мы дали Раймонду всего лишь лекарство доктора Лиминга...

– Мы?..

– Это я дала его Раймонду, сэр, – сказала Лия. – Только побольше, чем госпожа мне велела. Она велела одну пилюлю, а я дала пять или шесть.

Факита вскочила с места, затем опять села, не сводя глаз с худого лица поварихи.

– Как же вы склонили Раймонда к тому, чтобы он принял эти пилюли?

– Мальчик свято верил в мой дар, в мои тайные силы. Я его и раньше пользовала, давала ему разные снадобья, сэр. Эти уроженцы Тринидада чуть ли не поголовно маются от лихорадки. А лихорадку никто не лечит лучше меня. В то утро я сказала Раймонду, что, похоже, у него опять начинается приступ, уж больно он подозрительно выглядел. Он и выпил, что я ему дала.

– Где вы взяли эти пилюли?

– Одну дала мне госпожа, сэр, а остальные я взяла сама…

– Это неважно, – остановил ее Джессер. – Вы утверждаете, что миссис Мэллой дала вам таблетку для Раймонда. С какой целью?

– Она думала, это ему поможет, сэр. Что ему от нее станет лучше. 

– Понимаю, – сказал Джессер. – На этом все, Лия. Теперь вам придется проехать с сержантом Вэлкамом.

– В тюрьму, сэр?

– Да. Вам будет предъявлено обвинение в преднамеренном убийстве Раймонда.

Она приложила руки к брошке, скреплявшей ворот ее платья, – огромной, сделанной в виде корзины с розовыми цветами, – но не сказала ничего и даже не взглянула на свою госпожу.

– Это точно, что миссис Мэллой дала вам только одну таблетку?

– Да, сэр.

– Нет! – решительно возразила Факита. – Я… Я совершенно уверена, две. Лия только сделала то, что я ей приказала. Это… нельзя вам… ее забирать. Я… Я не смогу быть… совершенно одна…

– Вы хотели  вылечить Раймонда, миссис Мэллой, – от чего?

– Я… Ну, не то чтобы… не то чтобы вылечить, мистер Джессер… Доктор Лиминг сказал, они помогут мне уснуть. Я… на самом деле, я хотела, чтобы Раймонд… уснул.

– Какие указания дал вам доктор Лиминг?

– Он сказал мне, что нужно принимать по одной…

– А Раймонду вы дали пять или шесть?

– Может быть… – опустила она прекрасные глаза.

Хэмиш посмотрел на Лию: та стояла со странным выражением лица, на котором строгость сочеталась с покорностью судьбе.

– А вам не пришло в голову, миссис Мэллой, что вы сильно рискуете?

– Нет, не пришло! – ответила она неожиданно резко. – В любом случае, от Раймонда было мало толку. Я много раз просила Гектора от него избавиться. Но Гектор просто не замечал, каким бездельником и лоботрясом был этот мальчишка.

– На какой же период времени вы хотели усыпить Раймонда, миссис Мэллой?

– Ох, да не знаю я! – пришла она в раздражение. – Какое это имеет значение?

– Но он умер, миссис Мэллой. Вы его засунули в этот сундук?

– Я? – удивилась она. – Да я бы не прикоснулась к нему ни за что на свете!

– Это я сделала, сэр, – шагнула вперед Лия. – Не хотела, чтобы на него наткнулись.

Джессер повернулся с Хемишу.

– Мистер Гриер! Раймонд пришел к вам в понедельник утром и сказал, что мистер Мэллой хочет с вами срочно встретиться в павильоне?

– Да.

– Мистера Мэллоя в павильоне не было?

– Нет.

– Вам тогда не показалось, что мистер Мэллой, возможно, захотел над вами немного подшутить? Что он послал за вами, а сам незаметно вышел?

– Нет, но мелькнула мысль, что, может, кто-то другой заманил меня в павильон…

– Мистер Гриер, а не приходило ли вам в голову, что мистер Мэллой действительно ждал вас в павильоне, а потом его оттуда под каким-то предлогом вызвали?

– Вполне возможно… – пробормотал Хэмиш.

Боже милостивый, что же сейчас будет?

– Гектору позвонили из его конторы, – поторопилась с объяснением Факита.

– Кто именно звонил?

– Не знаю. К телефону подошел сам Гектор. Может быть, Реджи Корнуолл…

– Нет, не он, миссис Мэллой. Мистера Корнуолла в это время в конторе не было.

– Тогда, может быть, это Раймонд позвонил. Может, он хотел выманить Гектора из дома, а Хэмиша запереть в павильоне, чтобы сам он мог украсть…

– Не надо, госпожа, – вступилась за мальчика Лия. – Раймонд вором не был.

– Замолчи, Лия!

– Я должна сказать слово правды, госпожа. Раймонд вором не был, я знаю точно. Он мертв и не может сам себя защитить. Значит, я должна сказать.

– Мистер Гриер, не кажется ли вам вероятным, что мистер Мэллой, послав за вами, вышел из павильона и вернулся зачем-то в дом?

– Ну, я… не знаю.. Как я понимаю, он вернулся в дом, чтобы ответить на телефонный звонок… – выговорил Хэмиш помертвевшими от страха губами.

– Вам никогда не приходило на ум, мистер Гриер, что мистер Мэллой вернулся в дом… и живым оттуда уже не выходил?

 

АДАПТИРОВАНО ДЛЯ ПУБЛИКАЦИИ НА САЙТЕ

Роман Элизабет С. ХОЛДИНГ «БЕРМУДСКИЙ МНОГОУГОЛЬНИК»

опубликован в журнале «Детективы «СМ» №06-2017 (выходит в декабре)

 

Реклама

Патриот Баннер 270

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ