• Издания компании ПОДВИГ

    НАШИ ИЗДАНИЯ

     

    1. Журнал "Подвиг" - героика и приключения

    2. Серия "Детективы СМ" - отечественный и зарубежный детектив

    3. "Кентавр" - исторический бестселлер.

        
  • Кентавр

    КЕНТАВР

    иcторический бестселлер

     

    Исторический бестселлер.» 6 выпусков в год

    (по два автора в выпуске). Новинки исторической

    беллетристики (отечественной и зарубежной),

    а также публикации популярных исторических

    романистов русской эмиграции (впервые в России)..

  • Серия Детективы СМ

    СЕРИЯ "Детективы СМ"

     

    Лучшие образцы отечественного

    и зарубежного детектива, новинки

    знаменитых авторов и блестящие

    дебюты. Все виды детектива -

    иронический, «ментовской»,

    мистический, шпионский,

    экзотический и другие.

    Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

     

ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

 

 

Александр ГРИН

 

 

 

 

ОХОТА на ХУЛИГАНА
Отрывок из рассказа

1
Старый человек, шестидесятилетний Фингар, после многочисленных и пестрых скитаний во всех частях света, поселился наконец в Зурбагане. Фингар сильно устал. Всю жизнь его любимым занятием, единственной страстью и божеством была охота – древнее, детское и жестокое занятие, поклонники которого, говори они хотя на всех языках, каждый не понимая другого, – на всех легендарных языках вавилонского столпотворения, – все же остаются членами одной касты. Каста эта делится на три категории: промышленников, любителей и идолопоклонников. Фингар с малых лет до седых волос принадлежал к третьей – самой высшей, так как любители непостоянны, а промышленники меркантильны. Богом Фингара был точный выстрел по редкой дичи.
И так всю жизнь... И, как сказано, старый бродяга устал. Ранее могучее тело его подымалось и отправлялось за десятки тысяч верст без всякого размышления, теперь тело просило кайфа и уважения. Исчезли походные палатки, ночные костры в болотах, плоты в мутных волнах диких рек; Фингар заменил их небольшим домиком, цветами и трофеями, и воспоминаниями. От бурных кутежей в грозных пустынях, где вином был звериный след, поцелуями – восход солнца и блеск звезд, а игрой – выстрелы, – у Фингара осталось весьма скудное количество денег. Их поглотили разъезды, Фингар жил скромно и писал мемуары, диктуя по дневникам молодому, нанятому для этой цели, Юнгу странные для оседлого уха истории, в коих описания местностей сплетались с названиями растений, а за цифрами подстреленных хищных зверей следовали рецепты от лихорадки и гнойных ран – памяти медвежьих когтей.
Утром, тринадцатого апреля, вошел Юнг, улыбаясь лысому Фингару, сидевшему перед столом за стаканом кофе. Юнг любил обстановку Фингара. Меха здесь были везде: на полу, стенах, в углах и даже на потолке. Все оттенки пятнистой и гладкой шерсти от белого до черновато-зеленого, делали помещение похожим на громадную муфту. Прямые, кривые, витые и ветвистые рога торчали густыми рядами всюду, куда попадал взгляд. Настоящие ковры из тесно повешенного оружия блестели в простенках. Собака Ганимед, помесь ищейки и таксы, ветеран многих охот Фингара, сидела на подоконнике, наблюдая уличную жизнь глазами фланера.
Ганимед привычно покосился на Юнга и зевнул: еще не пролетела близ его носа ни одна муха. Ганимед любил ловить мух.
– Вот не могу вспомнить, – сказал Фингар, – что вышло у меня с неженкой Цейсом из-за переправы у порогов Ахуан-Скапа. Мы вчера остановились на этом, но память моя бессильна.
– Может быть, это неважно? – скромно возразил Юнг, приготовляясь писать и пробуя пальцем острие пера.
– Как неважно?! – удивился Фингар. Его сухое, монашеское лицо дрогнуло нетерпением. – Я только не могу вспомнить. Этот одеколонный Цейс хотел переправиться выше, а я – ниже. А что мы говорили – забыл.
– Пропустите это место, – деликатно посоветовал Юнг. – Потом вы припомните.
– Потом – это потом, а сейчас – это сейчас. Я вот хочу сейчас.
Фингар молчал две минуты. Юнг рисовал тигра с павлиньим хвостом. Ганимед щелкнул зубами – муха исчезла.
– Все еще не припомню, – Фингар набил трубку, закурил и стал дымить в потолок. – Что новенького у нас в Зурбагане?
– Вы получаете газету, – сухо сказал Юнг; ему хотелось работать.
– А я не читал за последние дни, – возразил Фингар. – Я припоминал, что вышло у меня с Цейсом. Как будто я его послал, в вежливых выражениях, к одалискам... Тут, видите ли, было кем-то из нас сказано одно слово, изменившее весь маршрут. Но какое такое слово – хоть высеките меня – не припомню. Правда, и то, что прошло тридцать лет. Есть новости или нет?
– Водопровод и Камбон, – хмуро отозвался Юнг, по свежести души предпочитавший слушать охотничьи рассказы Фингара, чем говорить о газетной хронике.
– Извините, молодой человек, лаконизм хорош только для птиц. "Чирик-чирик" – и все понимают. Я не воробей, с вашего разрешения.
Юнг был смешлив. Он тихо захохотал и повернулся к Фингару.
– Водопровод переносят к озеру Чентиссар, к чистой воде, – сказал Юнг. – А новые подвиги Камбона равняют его с дикими зверями, которых вы так много убили.
– Камбон! Да, да, так. Вспомнил. Грабитель?
– Пожалуй, он и грабитель, – сказал Юнг, – но просто грабитель, это еще куда бы ни шло. Камбон одержим страстью мучить и убивать бескорыстно; он живет слезами и кровью.
– Надо поймать, повесить, – кротко сказал старик, – однако любопытно. Сегодняшнюю газету читали?
– Еще нет.
– Вот она. Посмотрите-ка, и если найдете что-либо о Камбоне – прочтите. Только не скороговоркой, у стариков вялые уши.
Юнг обмотался газетой. Скоро он с значительным и возмущенным видом стукнул кулаком по хрустящей бумаге.
– Вот слушайте... это немыслимо!
– Слушаю, как на водопое.
Юнг начал:
– «Новый подвиг Камбона-подкалывателя. Вся полиция на ногах. Зверь-человек неуловим.
Третьего дня мы сообщали о двух жертвах хулигана Камбона, – извозчике Герникее и мальчике из пивной лавки, тяжело раненных среди бела дня на людных улицах. «Для пробы нового ножа» (как сказал жертвам Камбон). Вчера в четыре часа дня произошло следующее. Диана Мелисс 22 лет, сестра известного биолога, Филиппа Мелисса, возвращалась домой из магазина; на углу Артиллерийской и Музыкальной улиц она подверглась настойчивому преследованию неизвестного молодого человека. Незнакомец, переходя за г-жой Мелисс с тротуара на тротуар, предлагал ей ни больше ни меньше – сделаться его любовницей, обещая сказочные сокровища и даже угрожая, в случае отказа, насильственной смертью. Ошеломленная, перепуганная насмерть г-жа Мелисс, на свое несчастье, шла по безлюдному в этот момент кварталу. Наконец ей пришло в голову воспользоваться первым подъездом и скрыться таким образом с глаз нахала. К ужасу и смущению ее, граничившим в этот момент с обмороком, негодяй последовал за нею, и там на площадке лестницы возобновил свои предложения, сопровождая их площадными остротами. Вне себя, оттолкнув неизвестного, г-жа Мелисс дернула ручку первой, на которую упал взгляд, двери, ведшей, как оказалось, в пустую квартиру, и потому незапертой. Неожиданно для самого себя очутившись в пустом помещении, негодяй перестал церемониться совершенно. «Я – Камбон, – сказал этот человек. – Вы приглянулись мне, и ваша судьба должна быть решена теперь же. – Он перешел на «ты». - Пойдем со мной,– ты будешь чистить мне сапоги, а я тебя – бить, изредка, конечно, и поцелую. У меня много денег. Меня все боятся. Не ломайся» В это время на лестнице послышались голоса. Девушка закричала. Камбон ударил ее кастетом по голове, выше левого уха. Она закричала со всей силой отчаяния. Хулиган сорвал кольцо с пальца г-жи Мелисс и исчез. Она продолжала кричать. В то время когда люди, проходившие по лестнице, услышали крик и вошли в квартиру, г-жа Мелисс лежала на полу без сознания. Камбон скрылся. Пострадавшая девушка была отвезена домой. Рана на голове оказалась неопасной для жизни.
Не пора ли поймать крысу? Положение таково, что вялость и неспособность полиции делаются преступными. Зурбаган не курятник, а Камбон не хорек. Это тянется два с половиной месяца!»
Юнг прочитал статью, заметно волнуясь: когда он опустил газету, руки его дрожали.
– Нет – хорек! – сказал Фингар. – Хорек, злобный, вонючий и кровожадный.
– Я не понимаю психологии Камбона, – заметил Юнг.
– Психология?! – Фингар кивнул головой на шкуры гиен. – Какая там, молодой человек, психология. Несложные животные инстинкты, первобытное зверство – вот и все. Дикий зверь налицо. Дайте-ка газету сюда.
Он долго не находил заметки, которую хотел прочесть еще раз, – как его взгляд упал на жирное объявление. Брови Фингара поднялись так высоко, что Юнг с любопытством придвинулся.
– Вот так объявление! – сказал Фингар. – Истинно: неделя о Камбоне. Развесьте уши: «Двадцать тысяч будет немедленно уплачено тому, кто обезвредит апаша Камбона». И если это не шутка – объявление сделано лицом сильно заинтересованным.
– Вероятно, – заметил Юнг, – там есть и адрес.
– Есть. – Фингар прочел: «Лернейский фонтан, 21. Ф.Мелисс». Ну, что же, все ясно. Однако, решительный человек этот Мелисс.
Оба собеседника замолкли, находясь под тяжелым впечатлением от прочитанной газетной статьи. Вдруг Ганимед тявкнул несколько раз тоном спокойной угрозы.
Фингар подошел к окну.
– Посмотрите, Юнг, не Камбон ли это?
– Нет, – рассмотрев проходящего под окном человека, сказал Юнг, – не думаю. Тигры не появляются «между прочим».
Проходивший под окном человек был очень высокого роста, узкоплечий, с мертвеннно-бледным лицом, бешеным, как бы застывшим, взглядом бесцветных, но сверкающих глаз, массивной нижней челюстью и челкой на лбу. Одежда рыночно-щегольского покроя отличалась пестротой... Он прошел.
– Ганимед лаял на него, – сказал Юнг. – Вот отличная мысль, – прибавил он: – вам, господин Фингар, следовало бы тряхнуть стариной.
Сухое, монашеское лицо Фингара притворилось непонимающим, хотя мысль Юнга была вполне естественна: кузнецу – ковка, охотнику – охота.
– Выследите Камбона, – пояснил Юнг.
Фингар задумался.
– Конечно, – сказал он, – с Ганимедом я сделал бы это. Ох! Двадцать тысяч! Решка или орел.
Он бросил монету, упавшую орлом вверх.
– Пошли! – решительно заявил Фингар. Весь трепет охотничьей страсти проснулся в его старом теле; он выпрямился, помолодел; даже закрыл на мгновение глаза. В душу вошли: ночной сумрак лесов, неизвестность, тишина, опасность... далекий полет пули.
– Редкая дичь! – сказал он и принялся собираться.

 

Рассказ Александра ГРИНА "ОХОТА на ХУЛИГАНА" 
опубликован в первом выпуске журнала «ПОДВИГ» - 2016г. (выходит в январе)

Статьи

Посетители

Сейчас на сайте 302 гостя и нет пользователей

Реклама

Патриот Баннер 270

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ