• Издания компании ПОДВИГ

    НАШИ ИЗДАНИЯ

     

    1. Журнал "Подвиг" - героика и приключения

    2. Серия "Детективы СМ" - отечественный и зарубежный детектив

    3. "Кентавр" - исторический бестселлер.

        
  • Кентавр

    КЕНТАВР

    иcторический бестселлер

     

    Исторический бестселлер.» 6 выпусков в год

    (по два автора в выпуске). Новинки исторической

    беллетристики (отечественной и зарубежной),

    а также публикации популярных исторических

    романистов русской эмиграции (впервые в России)..

  • Серия Детективы СМ

    СЕРИЯ "Детективы СМ"

     

    Лучшие образцы отечественного

    и зарубежного детектива, новинки

    знаменитых авторов и блестящие

    дебюты. Все виды детектива -

    иронический, «ментовской»,

    мистический, шпионский,

    экзотический и другие.

    Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

     

ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

 Мои бандиты. Рассказ Сергея Бакшеева
Записывая эти истории, мне не пришлось придумывать – только вспоминать то время, которое сейчас именуют «лихими девяностыми».

Знакомство по принуждению
Они появились через неделю после открытия моего первого магазина. В кабинет, бухнув отскочившей дверью, ввалились пятеро. Двое  молодых квадратных «шкафа» в спортивных костюмах остались у входа, заменив собой отсутствующую мебель. Три братка лет двадцати пяти, одетых в цивильное, вразвалочку подошли к столу.Я сразу понял, кто ко мне пожаловал. Толстые шеи с золотыми цепями, накачанные торсы и холодные цепкие глазки, контролирующие ситуацию, не оставляли сомнения – вот и до меня добрались господа рэкетиры.
Шла осень 1992 года. Я, как и четверть населения страны, сменил тихую гавань прежней работы на необузданную стихию дикого рынка. Торговал, чем только придется, сбывая с переменным успехом партии товаров от коробки до фуры. Почти год рабочим кабинетом мне служил белая «пятерка-жигули», на которой я мотался по Москве и окрестностям. Такая мобильность позволила отсрочить встречу с неизбежным. Но как только мой бизнес получил постоянную прописку в виде магазина, ко мне пожаловали непрошеные гости. Сердце защемило недоброе предчувствие, я с опаской поднялся из-за стола. Молодые бандиты встали полукругом, и в кабинете разом стало тесно. В пресловутом малиновом пиджаке был только один из них – белобрысый крепыш, похожий на борца тяжеловеса, забившего на тренировки. Рядом в турецких кожанках «под фирму» катали жвачку во рту его тупые копии, отличавшиеся цветом волос и уровнем злобы в глазах. Чернявый и Злой, мысленно окрестил я их.
-Вы к кому? – поинтересовался я, наивно надеясь, что они ошиблись улицей, домом, а лучше бы и планетой.
       Белобрысый выдержал паузу, подчеркивая нелепость вопроса, и начал «бакланить про крышу». Я некоторое время тупил, прибеднялся, но это не помогло. Неожиданный удар в плечо от Злого опрокинул меня на пол. Урок повиновения продолжили его ботинки, испытывающие прочность моих ребер. После короткой экзекуции Белобрысый позволил мне встать. Разгоряченный Злой порывался молотить дальше, но его сдерживал Чернявый. Я понял, что сохранившаяся в неприкосновенности моя  физиономия – предмет следующего урока. Разговор  перешел в «конструктивное русло». Белобрысый сидел на столе и устало объяснял, что «крыша» для того, чтобы меня никто не трогал. «Типа не проломил башку, не сжег магазин, не раскурочил тачку». Платить надо ежемесячно тридцать процентов от прибыли и вызывать их «в случае чего». Злой во время объяснения переминался за моей спиной и периодически хлопал кулаком в раскрытую ладонь. Чернявый с любопытством ожидал моей реакции, рассчитывая на продолжение зрелища. Но я не Джеки Чан или Чак Норрис, а близорукий кандидат технических наук, затеявший свой бизнес.
Я согласился, рассчитывая, что речь идет о бумажной «прибыли», которую я показываю в бухгалтерских отчетах налоговой инспекции. Однако крючкотворство бандитов не интересовало. Белобрысый назвал конкретную сумму, и я опешил. Моя растерянность была настолько искренней, что после недолгого торга Белобрысый согласился ополовинить сумму.
– Первый платеж завтра, – предупредил он.
Грудь сжало от унылой боли. Я чувствовал себя бычком, ведомым на убой. Можно взбрыкнуть, даже поставить синяк Белобрысому, но финал очевиден – мое геройство закончится жестоким избиением. Я скривился и обреченно кивнул. Посчитав, что мы теперь друзья, Белобрысый протянул мне руку с золотой цепью на запястье и представился: «Саша». Несколько позже я узнал, что золотые цепи бандитам нужны, чтобы откупаться от ментов. Чем толще цепь, тем больший грех могут «не заметить» стражи порядка.
Чернявый и Злой последовали примеру Белобрысого, тиснули мою руку, и я вновь услышал: «Саша» и «Саша». Я, уповая на народную примету, загадал желание: «Да чтоб вы сгинули!» Затем посмотрел в окно, давай время высшим силам исполнить мое желание. За мокрым стеклом виднелась бандитская «Нива». Я тяжело вздохнул и медленно повернул голову.
«Исчезните! Это всего лишь сон!» – кричало мое подсознание.
Бандиты по-прежнему лыбились. Примета не сработала. В этот момент я понял, что рано или поздно убью их. Так у меня появилась «крыша» и «мои бандиты» Саша Белый, Саша Черный и Саша Злой. Они представились «люблинскими».

Первая стрелка
«В случае чего», о котором предупреждал Саша Белый, наступило буквально через неделю. За окном остановился черный БМВ, в магазин заявились трое высоких парней с наглыми мордами. Если «мою крышу» можно было принять за бывших борцов, то эти походили на бывших баскетболистов. Судя по всему, роли у них были отрепетированы. Обладатель самой «тупой» физиономии сходу заявил, что я работаю на их территории и должен платить. Самый высокий гордо сказал, что они «таганские» и сослался на какого-то криминального авторитета. Самый плечистый смахнул бумаги на пол и, кривя рот на левую сторону, оперся ручищами о стол и бросил:
– Ты усек?
 Я поднял ладони, чтобы прервать наступательную тираду, и выдавил улыбку:
– Ребята, у меня уже есть крыша.
– Кто такие? – озадачился «тупой».
– Люблинские. Саша, Саша и Саша.
– Звони. Забьем стрелку, – после недолгого раздумья решил высокий, который, видимо, считался главным. – А если лапшу нам на уши вешаешь, повесим двойной тариф.
– Ты усек? – выдал свою реплику плечистый.
В те времена у бандитов не было даже пейджеров. Я позвонил на оставленный люблинскими городской телефон и услышал один из знакомых голосов. Не рискуя ошибиться с именем, я изложил ситуацию:
– Саша, у меня таганские. Предлагают «крышу». -Я передал трубку высокому. «Баскетболист» был краток:
– Эй, ты! Стрелку забьем завтра в семь вечера под мостом на Волгоградке напротив автозавода.
Я оценил выбор. Это было тихое место, из которого можно вырваться как на обе стороны Волгоградского проспекта, так и в промзону к Калитниковскому кладбищу. Через час трое люблинских Саш расхаживали по моему кабинету. Они были явно обеспокоены, особенно Саша Черный. Их интересовало, на чем приехали таганские, как выглядели, что конкретно бакланили. Я сказал про черный БМВ и припомнил имя криминального авторитета. Моя «крыша» призадумалась. Я ничего не знал о «стрелках» и уточнил:
– А мне надо ехать?
– Пока нет, – решил Саша Белый.
– А как же я узнаю? – С губ чуть не сорвалось продолжение: «грохнули вас или нет».
– Сиди здесь и жди.
Следующий вечер я провел, как на иголках. Больше всего хотелось, чтобы бандиты положили другу друга и навек забыли ко мне дорогу. Но идеал недостижим. Нервная фантазия рисовала кровавую бойню, кровь на асфальте, вой милицейских сирен и визит ко мне вооруженных ментов с наручниками: «Вас обвиняют в организации бандитской разборки».
«Ментам разборки до лампочки», – успокаивал я себя.
В ту же секунду страх подкидывал иную картину в лице криминального авторитета со стволом, направленным мне в грудь. «Из-за тебя, козел, хорошие пацаны полегли и двух случайных теток уложили». Хотя про теток авторитет вряд ли будет жалеть. «Кто победит?» – гадал я. Таганка звучало круче, чем Люблино. А Люблино почему-то роднее. Все-таки я знал там трех накачанных парней: Саша, Саша и еще один Саша. И они явились по моему первому звонку.
В восемь вечера осеннюю мглу за окном прорезал свет ярких фар. Две «Нивы» нагло приткнулись на тротуаре. В кабинет вошли три довольных Саши. Больше других сиял Саша Черный.
– Мы сделали их. Ты наш!
Я забыл про кровавые фантазии и тоже расплылся в улыбке. Что не говори, а платить заново новым бандитам жутко не хотелось.
– Что там было? Как? – спросил я.
– Подъехали, перетерли, таганские согласились. – Саша Черный гордо откинул полу черной куртки. За поясом у него торчал пистолет.
– Не дрейфь, у нас команда. – Саша Злой кивнул в окно, где около машин курила братва. – Если кто сунется, только звякни.
– К тебе будут заезжать за деньгами по десятым числам, – напомнил Саша Белый. И на правах главного приказал своим: – Погнали пацаны. Некогда.
Бандиты уехали. Вместе с душевным облегчением, я почувствовал некоторую гордость. Черт, это же свои парни! Они меня защитили! Однако в черных недрах души копошилась затаенная мысль: «Видеть не хочу этих гадов! Когда-нибудь их грохну!»
Потом еще не раз в магазин наведывались крутые и отмороженные мордовороты. Каждый предлагал свою «крышу». Их сходу научилась распознавать моя заведующая Тамара Ивановна. Шестидесятилетняя женщина смело останавливала парней на пути к кабинету и сочувственно щебетала:
- Ой, мальчики, опоздали. У нас уже есть «крыша» – люблинские. Ребята крепкие, сильные. Вот такие. – Она выпячивала грудь и показывала руками ширину плеч. Наиболее настырным совала телефон: – Да вы звоните им сами. Забивайте стрелки. Зачем директора по пустякам отвлекать.

Тайный бухгалтер
Мой бизнес потихоньку расширялся. Помимо небольших продуктовых магазинчиков я организовал оптовый склад, торгующий пивом. Закупал продукцию фурами на пивкомбинатах и реализовывал мелкими партиями по магазинам и палаткам. Дело хлопотное, но прибыльное. Особенно в теплый сезон. Сознательно не пишу в «летний», потому что четко установил, что всплеск спроса на пиво зависит не от абсолютной температуры, а от роста температуры. Например, в апреле, когда температура резко возрастает с «0» до «+15», пиво пьют больше, чем в августе, когда стабильно «+25».
Успешный пивной бизнес требует автоматизации учета на складе и расторопных грузчиков. Складскую программу учета я внедрил сам, благо основное образование программиста и степень кандидата технических наук позволили адаптировать систему учета к своим условиям. А вот грузчиками приходилось нанимать кого угодно. В первой половине 90-х в Москве еще не было мигрантов из Средней Азии, а были наши доморощенные алкаши, работавшие, как правило, до первой зарплаты.
Поэтому трезвых и толковых грузчиков я ценил. Один из таких появился на складе весной в начале сезона. Это был крепкий немногословный парень по имени Саша. Фуры приходили на склад и рано утром, и глубокой ночью, по выходным и праздникам. Разгружать их требовалось быстро и аккуратно. Саша никогда не роптал. Он приходил на работу вовремя, задерживался, когда нужно, и – о, чудо! – совсем не пил. У него проявились организаторские способности и лидерские качества, поэтому не мудрено, что я его сделал бригадиром грузчиков.
В общем, когда Саша работал на складе, я был спокоен. Но продолжалась эта идиллия ровно шесть недель. В один из «самых ужасных» дней он исчез. Вместо него на склад пожаловали три других Саши: Белый, Черный и Злой. Золотые цепи на их шеях стали толще, турецкие курточки сменились на итальянские, а передвигались они теперь по Москве на тонированном седане БМВ в сопровождении быков на «Ниве». И, вот невезуха, подгадали как раз к тому моменту, когда я забирал со склада ежедневную выручку.
– Неплохо у тебя идут дела, – резюмировал Саша Белый, пройдясь по складу. – Сколько поднимаешь с одной фуры?
– Да это так, временный бизнес. Закупаю оптом для своих магазинов, чтобы дешевле было. – Попытался слукавить я.
– Да ты не бзди! Развивайся. Мы это приветствуем. Но надо делиться. Где тут у тебя присесть?
Я согнал с рабочего места заведующего складом и послал грузчиков перекурить. Саша Белый сел за освободившийся стол и достал бумажку.
– Короче так. Мы тут с пацанами посчитали твои успехи… – И он назвал количество фур, прошедших за последний месяц через мой склад. Цифра получилась впечатляющей.
– Да нет, ты чего, Саш. У меня, блин, в лучшем случае, половина этого! – возмутился я.
– А ты проверь. – Он кивнул на компьютер и протянул бумагу. – У меня там по датам расписано. И по названиям заводов.
Я взглянул на таблицу и похолодел. Передо мной была детальная распечатка всех обработанных фур с указанием количества ящиков и сортов пива. Первой строкой являлся тот самый день, когда мне «жутко повезло» принять на работу «толкового грузчика» Сашу. Завершала таблицу строка «ИТОГО». Три улыбающиеся физиономии победно взирали на мою кислую мину. Для полной картины явно не хватало четвертого Саши – подсадного бухгалтера люблинской бригады. Да простит меня Александр Сергеевич Пушкин, но имя Саша в тот момент я возненавидел.
– Короче так, теперь ты платишь больше. – Саша Белый назвал новую сумму. – Добавишь сейчас за предыдущий месяц, а потом десятого, как обычно.
Это был удар ниже пояса. Я дико вращал глазами.
– Ну чего застыл, гони бабки! – подтолкнул меня Саша Злой. – Выручку снял? Ее хватит, мы знаем.
Скрепя сердце, я рассчитался. Мы вместе вышли во двор, и я увидел следующую картину. Мои испуганные грузчики выстроились в ряд. Перед ними угрожающе расхаживали трое бритых бандитов с бейсбольными битами и, матерясь через слово, что-то втолковывали. Я вопросительно посмотрел на Сашу Белого.
– Тащат они у тебя, ханырики. Вот я и поручил провести разъяснительную беседу. Если продавщицы крысятничают, ты тоже звякни. Ребята приедут, проведут собрание.
И он кивнул своим костоломам. Три биты обрушились на одного из грузчиков. Бедняга упал, закрывая голову руками.
– Хватит! – Саша Белый остановил быков после нескольких ударов и объяснил мне: – Этот воровал больше других. Гони его!
Бандиты уехали. Грузчики продолжали стоять передо мной, не поднимая глаз.
– Поняли, как теперь будет?.. Работать! – сорвался я.
Я злился на себя, злился на грузчиков и злился на четырех Саш из Люблино. Да что ж это за мир, в котором приходится подчиняться бандитам! Когда я успокоился в голове свербела лишь одна мысль. Подобно римскому «Карфаген должен быть разрушен», я повторял про себя «Бандиты должны умереть».

Он исчез
Десятого числа каждого месяца за деньгами ко мне приезжали рядовые бандиты Макс и Леха. По существу, они меня грабили, но вели себя словно деловые партнеры: спрашивали о проблемах, сочувствовали трудностям, давали советы и – забирали деньги. Субтильный Макс выглядел как беспечный студент гуманитарного ВУЗа. Он много болтал, улыбался и вечно переминался, будто хочет в туалет. Крепко сбитый Леха чаще молчал, смотрел исподлобья и твердо пожимал руку при встрече и расставании. Несомненно, он был главным в этой парочке. Однажды привычный график нарушился. Макс приехал один и на пять дней раньше положенного срока. Он дергался больше обычного, сцеплял и расцеплял пальцы и вежливо попросил дать пять тысяч в счет десятого числа.
«Ишь ты, у бандитов тоже бывают напряги перед получкой», – удивился я и дал ему денег.
Через месяц ситуация повторилась. На этот раз Макс заскочил ко мне на неделю раньше и попросил уже десять тысяч. Мне неприятно было видеть взвинченного нервного парня и я сунул ему деньги, лишь бы он быстрее покинул магазин. Десятого числа в назначенный срок я передал остаток суммы бандитам и пояснил:
– Тут меньше. Ты помнишь, Макс?
Леха вскинул бровь и покосился на напарника. Макс ухватил его за рукав и потащил к выходу, что-то объясняя. Я надеялся, что незапланированные визиты прекратятся, но ошибся. С Максом творилось что-то неладное. Он заскочил ко мне через неделю после  и попросил небольшую сумму. Я дал и записал в ежедневнике. Вскоре он приехал опять. Я показал, что веду записи долга. Макс нетерпеливо морщился и со всем соглашался, лишь бы получить деньги. Как-то он заехал в благодушном настроении и вернул часть долга. Макс плюхнулся на стул, ему явно хотелось поговорить. Зрачки его были расширены, он жестикулировал словно пьяный, но от него не пахло. Я знал, что Саши-главари разрешали пить братве только на общих сборищах.
– Давно ты с Сашей Белым? – спросил я.
Мне хотелось понять, как интеллигентный на вид парень оказался среди бандитов.
– Мы с ним с одной школы! Он на два класса старше. Я пединститут закончил, а Сашка в армии отпахал.
– Ты учитель? – не поверил я.
– Учитель истории. Мне нравилась история, особенно древнего мира. Походы Александра Македонского, спартанцы, Римская империя… Только до школы я не дошел. Диплом получил, с нашими люблинскими отметил в кабаке, и Сашка мне предложил с ребятами покататься. У них тачки, деньги. Ну и закрутило… То там постоял, то тут… Вроде как для массовости, ничего не делал, а мне бах – и бабло отваливают – получай, заработал!
– Неплохо, – выдавил я.
– А потом при мне одного так отметелили, и я ногой… Первый раз в жизни. – Макс вздохнул: – А мужик, сука, загнулся. Куда теперь? Братва не отпустит.
– И давно? – повторил я первый вопрос.
– Год скоро.
По лицу Макса пробежала судорога. Он уехал, но вскоре появился вновь. Потом это вошло в систему, он заезжал снова и снова. Его ломало, и он просил денег. В счет «зарплаты», в счет чего угодно! Я пытался не давать, но он умолял и даже оставил телефон родителей, как гарантию своей платежеспособности.
– Кто твои родители? – поинтересовался я.
– Учителя, мать по русскому, отец по математике. Ты дай! В случае чего, я у них займу и верну.
Я выложил несколько купюр. Макс смял их дрожащими руками и исчез. Девятого числа, на день раньше привычного срока, ко мне пожаловал мрачный Леха.
– Макс заезжал без меня? – спросил он. Я молча кивнул.
– Сколько?
Я вырвал лист с колонкой дат и сумм из еженедельника. Макс выбрал весь месячный рэкетирский доход. Леха не сказал ни слова, даже не выругался. Однако на его и так суровом лице проступила такая непримиримая жестокость, что мне стало жутко. На следующий день ко мне никто не приехал. Месяц меня не беспокоили. Леха появился десятого числа следующего месяца и представил двух молодых бугаев с самодовольными мордами.
– Это Антон и Дима. Теперь они будут приезжать к тебе.
– А где… – я осекся, натолкнувшись на жесткий взгляд Лехи. Бандиты забрали деньги. Минут десять я пребывал в нерешительности, а потом нашел телефон родителей Макса и позвонил.
– Позовите Максима.
– А кто его спрашивает? – ответил настороженный женский голос.
– Я его знакомый.
И женщина зарыдала. Горько и обреченно:
– Максима нет. Он исчез. Прошел месяц, и никто не знает, где он. Даже его лучший друг Леша. А вы… Когда вы видели Максима? Где? Скажите, это очень важно. Мы не знаем, что и думать. Он такой безобидный, а сейчас такое жестокое время. Где наш Максим? Где мой сынок?
Я не знал, что ответить, и положил трубку. Когда находят неопознанные трупы молодых парней из 90-х, я всегда вспоминаю Макса – потомственного учителя, которому не довелось провести ни одного урока.

Ограбление
Ранний звонок для предпринимателя – это всегда удар по нервам. Еще не взял трубку, а уже знаешь – сейчас огорошат проблемой. Так было и на этот раз. Звонила взволнованная заведующая продуктовым магазином Тамара Ивановна.
– Нас ограбили. Ограбили! Мы с девочками магазин открыли, а тут такое!
– Говорите толком! Что? Как?
– Бутылки разбиты, кассы взломаны, товар унесли. Что делать?
– Вызывайте милицию. Я выезжаю.
Картину я застал безрадостную. В магазине не было сигнализации. Воры проникли через служебный вход, вскрыв замки на двух дверях. В торговом зале их интересовали остатки денег в кассах, элитный алкоголь и сигареты в блоках. Бутылки снимали с витрины и укладывали в коробки. Впопыхах, многое разбили. Закрытую подсобку, из которой тащить упакованный товар было удобнее, почему-то не стали взламывать. Зато украли ксерокс, компьютер и телефон из кабинета. Настроение было гнусным. Замки не повреждены, значит, орудовали ключами. А кто имеет доступ к ключам? Только свои! Например, заведующая Тамара Ивановна. Как не крути, у нее лучшие возможности. А то, что подсобка не вскрыта – так это для отвода глаз! Ведь ключ от подсобки всегда у заведующей, и в случае кражи от туда, первым делом подумают на нее.
Или продавец вино-водочного отдела Валентина. Разбитная ушлая баба, способная заговорить кого угодно. Живет она со стремным мужиком, который часто заглядывает в магазин. Вдвоем они вполне могли провернуть такое дельце. Тем более на днях предстоял учет, а под ограбление можно списать любую недостачу. И грузчик Андрей, разумеется. Разгружая товар, он часто сам открывал и закрывал двери. Выходил покурить, а в ста метрах металлоремонт, где можно заказать копии любых ключей.
Итак, как минимум, трое подозреваемых.
Но у прибывших милиционеров было совершенно иное мнение. Они первым делом подумали на меня! Да-да! Все их вопросы, косые взгляды и идиотские шуточки красноречиво говорили о том, что я главный подозреваемый. В каких учебных заведениях им так испортили мозги, я не знаю. Возможно, при социализме директор магазина был первым подозреваемым. Он крал чужое! Но сейчас здесь все от канцелярской скрепки под столом до синей курицы в морозилке принадлежит мне.
– Вы обалдели! На кой мне красть у себя?! – не выдержал я подозрений тупого следака. Милиционер посмотрел на меня, как Ленин на буржуазию, и продолжил составление протокола. Я убедился – он никогда не будет меня защищать. Чем больше получалась сумма украденного, тем откровеннее он меня ненавидел. Черт возьми, мне даже стало легче, когда менты свалили из магазина. При подобных ограблениях не так страшна материальная потеря, как ощущение униженности и беспомощности. Словно тебя с макушкой окунули в дерьмо и выставили на всеобщее обозрение.
Полдня я терзался сомнениями, а ближе к вечеру позвонил бандитам. Через полчаса Антон и Дима вразвалочку вошли в кабинет. Я рассказывал, они внимательно слушали меня. На их лицах играла смесь самодовольства, уверенности и некоторой снисходительности. Но никакого презрения и тем более подозрения, в отличие от милиционеров. Что за чудовищное извращение смутного времени! Общаться с бандитами мне было проще, чем с представителями закона. Я прямо объяснил, чего хочу, и парни стали действовать.
Первым делом я вызвал в кабинет Тамару Ивановну. Бандиты съездили вместе с ней на ее квартиру. Я ждал. Они вернулись и Дима покачал головой.
– У нее ничего нет.
Покрывшаяся красными пятнами женщина смотрела на меня без упрека. Я извинился перед ней и дал бандитам адрес грузчика Андрея. Восемнадцатилетний парень жил буквально в соседнем доме. Так как машин не ожидалось, его отпустили до закрытия магазина. Через пять минут кража была раскрыта. Еще целый час понурый Андрей перетаскивал украденные товары обратно в магазин. Когда процесс завершился, Дима меланхолично изрек:
– На востоке ворам отрубали руку. Проучить крысу?
Я посмотрел на съежившегося паренька и спросил, кивнув на коробки:
– Это все?
– Ксерокс… Мать его майору из военкомата отдала. И дорогой выпивки пару коробок.
– Зачем?
– Ну, это… чтобы в армию меня не загребли.
– Завтра вернешь остальное, а сейчас пиши признание в краже, – хмуро решил я.
Копировальный аппарат Андрей принес. Ну а бутылки… Нет такого майора в русской армии, который бы без боя вернул добытый алкоголь. Андрей обещал отработать понесенные убытки, клялся, что всё понял и осознал, просил поверить ему и дать шанс.
– Шанс на исправление? – задумался я. – Будет тебе шанс! Вот что, Андрюха. Иди-ка ты в армию. А если откосишь, я сдам тебя ментам. Срок в колонии тебе обеспечен.
Так наша армия получила рядового срочной службы. А доблестная милиция палец о палец не ударила, чтобы раскрыть простейшее преступление. Через год неизвестные обчистили мою квартиру. В те годы выносили все – вплоть до видеокассет и магнитиков с холодильника. Приходил эксперт, следователь составил протокол, обещал вызвать для опознания: «если что-то найдется». Но «если что-то» не случилось.
А по поводу проблем в бизнесе, я перестал к ним обращаться. Выручали «мои бандиты». Они больше всех грабили меня, но не позволяли грабить другим. Хотя не всегда их вмешательство проходило так гладко и бескровно, как с грузчиком Андреем.
Взять, к примеру, паршивое «дело о краже стиралок».

 Дело о краже стиралок
Его звали Тимофей Болотин. Осторожный молчаливый парень лет двадцати пяти с квадратной рожей. Не рэкетир, а продавец, хотя убыток он принес мне не меньше, чем ежемесячный побор бандитов.
В середине 90-х открылся Рижский радиорынок. Я взял в аренду два павильона для торговли бытовой техникой. В те годы эмигрантов из Азии в продавцы не брали. Находились желающие москвичи с паспортом и пропиской. Ставку я сделал на тяжелую бытовую технику: от пылесосов до холодильников – поэтому набирал парней. Так у меня появился Тимофей Болотин. Первые две недели он работал исправно. Видимо, присматривался: как завозится товар, когда сдается выручка, что пользуется спросом – а заодно втирался в доверие к соседним продавцам. Ну а на третью неделю Тимофей решил действовать.
В тот год хитом продаж были стиральные машины, и Тимофей заказал со склада большую партию «помощниц домохозяек», забив павильон под завязку. Рынок есть рынок, покупают у того, кто даст большую скидку. Минимальную цену назначает владелец павильона, продавцы должны плясать от нее, но Тимофей проявлял невиданную щедрость и на скидки не скупился. За пару дней он распродал все стиралки, да еще и одолжил у некоторых доверчивых соседей. Мол, скоро привезут, отдам.
Перед сдачей выручки Тимофей исчез. Некоторое время его ждали у брошенного павильона, а потом провели учет. Результат был удручающим – наглая кража в крупных размерах. Вроде бы следует обратиться в милицию. Факт кражи налицо, есть конкретный вор, найдутся свидетели, имеется копия его паспорта – действуйте! Но, но, но…Я прекрасно помнил об удивительной особенности нашей милиции – видеть в потерпевшем главного подозреваемого. Испытать двойное унижение за собственные деньги не хотелось, и я позвонил бандитам. Антон и Дима изучили копию паспорта Тимофея Болотина и с чувством собственной значимости удалились. Первый звонок от них поступил следующим утром:
– Ну ты влип, коммерсант. Кого ты взял на работу? Тимофей Болотин судим по 158-й – кража! Месяц как вышел.
– Вот, блин!.. Ну и где он?
– Тертый жук. Домой не приходит. Прячется где-то.
– И что делать?
– Подождем. Появится. Ты лучше списочек остальных работяг подготовь. Мы пробьем через ментов.
– Вы? Через ментов? – удивился я.
        Ответом был самодовольный здоровый смех крепких организмов. Еще через два дня меня разбудил ночной звонок.
– Взяли твоего Болотина. Приперся под утро домой, ублюдок.
– И что теперь? – протирал глаза я.
– Подкатывай к своему магазину. Спустим его в подвал и будем решать.
Вскоре я увидел изрядно побитого Тимофея Болотина в интерьере канализационных труб и бетонных стен. Вопреки ожиданиям, страха в его глазах не было, он выглядел спокойным и даже равнодушным.
– Мы его отмудохали, чтобы не сопротивлялся. Сейчас тихий, – рассказывал Дима. – Денег при нем почти не было, прогулял, сука. Знаешь, что он первым делом купил?
– Цепуру золотую. Самую жирную с тройным плетением, – подключился Антон. – На нас хотел стать похожим.
– Цепь мы тоже забрали. Три ночи караулили мудака.
Тимофей с уважением взирал на крепких ребят, вершащих его судьбу. На меня он косился, как на досадную неизбежность, вроде летней мухи. Бандитам он откровенно завидовал и хотел быть среди них.
– Он украл кучу денег, – вспомнил я. – Что у него в квартире?
– Пусто.
– Что с ним делать?
– Можем отбить почки, – пожал плечами Антон.
– Я думаю, надо на него долг повесить. Официальный, – предложил Дима. – Подпишет у нотариуса обязательство, что взял у тебя в долг крупную сумму.
– Какой нотариус это завизирует. У него рожа разбита.
– Наш завизирует. – Дима открыл засов тяжелой двери. – Это у тебя морозилка? Запихнем его сюда, пока контора не открылась. А нам бы пока пожрать чего-нибудь.
Через три часа сытые бандиты выволокли окоченевшего вора из морозильной камеры.
– Ну, че? Бубенцы звенят? – дружно заржали они. – Сейчас прокатимся к нотариусу. Веди себя там тихо, урод. Подпишешь, что скажут, тогда отпустим. Будешь этому уважаемому человеку деньги отдавать. Тимофей Болотин подписал договор, что взял у меня в долг сумму вдвое большую, чем украл. Расторопный нотариус старался не замечать разбитой губы клиента и заплывшего глаза. Тимофей уходил от нас осторожно, словно не веря в удачу. Его кроткий шаг постепенно становился шире, а согнутая спина распрямлялась. Когда он исчез за углом, и я, и бандиты отчетливо поняли, что ничего он мне никогда не вернет.
Так в итоге и произошло.
А в тот момент каждый из участников получил свое. Вор три дня разгульной жизни и побитую физиономию. Бандиты остаток украденных денег и золотую цепь. Нотариус оплаченную мной пошлину за договор. Домохозяйки стиральные машины в полцены. А я остался с гнусным настроением и никчемной бумажкой, которую через пару месяцев выбросил. 

Рэкетиры от государства
Помимо пресловутой «крыши» торговлю обожали «доить» рэкетиры от государства. Кто только не являлся с проверками: районная и городская торгинспекции, санэпидстанция и отдел потребительского рынка, экологическая и еще черт знает какая милиция, налоговая служба и лицензионная палата, ОБЭП и пожарники, общество защиты прав потребителей и примазавшиеся к ним проходимцы. Цель у всех была одна – найти нарушение, пусть даже притянутое за уши, и под угрозой наказания получить взятку. Поначалу я откупался, но быстро понял, что легкие деньги проверяющих только раззадоривают. Они стали являться чаще и вели себя наглее. Их визиты начали походить на сбор обязательной подати.
И тогда я принял решение – ни рубля никому не давать!
Теперь от любых проверяющих я требовал соблюдения всех формальностей. Предъявления удостоверений и предписаний, составления протоколов и взятие письменных объяснений. Чиновникам-рэкетирам приходилось трудиться не один час, чтобы правильно заполнить документы. Затем я приходил на комиссию, где те же чинуши с постными лицами выслушивали мои объяснения с предъявлением вороха накладных и сертификатов качества. Они морщились от моего упрямства, как от занозы, и выписывали официальный штраф.
 Платить я не спешил. Дожидался последнего дня срока оплаты штрафа и приносил чиновникам квитанцию о перечислении. Надо ли говорить, что квитанция была поддельной! Я потратился лишь на изготовление печати Сбербанка. Это сэкономило мне кучу денег! Я со скорбным видом показывал липовую квитанцию, чиновник делал отметку, что штраф оплачен, и всё! Никто никогда не предъявил мне претензий, что деньги не получены. В этом нет ничего удивительного. Чиновников не интересует наполнение бюджета, они ценят только купюры в своих карманах.
Поток проверяющих в мои магазины постепенно иссяк. Зачем тратить время, если там не дают на лапу. Только от районной управы я не мог отделаться. Местные чиновники предпочитали брать дань натурой. Они «по-дружески просили» подогнать им алкоголь и закуски на торжество, покрасить фасады, закупить урны или вазоны, высадить цветы и благоустроить территорию. Как само собой разумеющееся – обеспечить праздничными продовольственными наборами ветеранов войны.
Забирая тяжелые пакеты, старички были уверены, что облагодетельствовал их мэр Москвы Юрий Лужков. А хозяин магазина зловредный буржуй, которому перечислили народные денежки. Ветераны придирчиво осматривали подарок – не украл ли я чего из обещанного списка. И часто жаловались в управу.
Жаль, что с помощью фиктивных платежек и коробок с водкой не удавалось откупаться от «крыши». Главари люблинских бандитов Саша Белый, Саша Черный и Саша Злой ко мне заезжали редко. При их появлении неприятно свербело в груди, а в душе расплывалась холодная тоска – сейчас что-то будет.
– Как бизнес? – неизменно спрашивал Саша Белый и смотрел на меня так, будто я украл его фамильное серебро и пытаюсь это скрыть. Я бубнил про трудности, Саша Белый пропускал слова мимо ушей и объявлял об очередном повышении ежемесячной дани. Я пытался возражать, но максимум чего добивался – благосклонной фразы:
– Ну, ладно. Со следующего месяца.
Иногда Саша Белый предлагал кредит на развитие. Для меня подобная «щедрость» была особым родом глумления. Если вдуматься, то отнятые у меня деньги предлагались мне же под грабительские проценты. Я знал предпринимателей, клюнувших на такое предложение. В итоге они пахали вдвое больше, а все, что зарабатывали, уходило бандитам. Часто, обвиняя в просрочке долга, бандиты оставляли предпринимателя ни с чем. Для этого использовалась простейшая схема. В ответственный момент должнику организовывали критическую ситуацию: на поставлялся товар или задерживалась оплата. Иногда банально грабили – давали по мозгам и выхватывали сумку с деньгами. Рядовой боец, являвшийся за «выплатой по кредиту», вникал в трудности, сочувственно кивал и говорил: «Ну, ладно. Месяц отсрочки». Через месяц являлись три хмурых Саши, и выяснялось, что ни о какой отсрочке они знать не знают, вести переговоры можно только с ними, а раз так – долг многократно увеличивался.
Деньги от рэкета бандиты вкладывали в торговую недвижимость. Мне поступали предложения об аренде построенных ими павильонов у метро. Условия, как водится, были грабительскими. Я отнекивался. Мне претила мысль, что я должен работать больше, чтобы еще больше получали бандиты. Это вызывало недовольство «крыши».
Однажды Саша Белый предложил мне «взять под себя» бар-биллиардную на Люблинской улице. Возможность погонять шары «на халяву» меня подкупила. Я поехал посмотреть объект. Бармен, узнав, что я будущий хозяин, выплеснул в раковину уже готовую порцию виски и налил «Джонни Уокера» из другой бутылки, с виду точно такой же, как первая. Дело было днем в почти пустом баре и я кивнул пареньку:
– Себе тоже плесни.
Мы выпили.
– Это самодеятельность или система? – я оттопырил мизинец в сторону «левого» «Джонника».
– А как иначе? Не мной заведено, не мне отменять. На одну фирменную четыре подвальных. Мне понравилась откровенность бармена. Мы поболтали о прочих хитростях выкачивания денег из подвыпивших посетителей. Навскидку выходило, что бизнес выгодный.
– А где прежний хозяин? – спросил я.
– Так это… Вы разве не знаете? – Бармен наклонился и перешел на шепот. – Под электричку попал. За баром железная дорога. Повздорил неделю назад с люблинскими, ну и… Менты признали несчастным случаем... Помянем?
Я залпом опрокинул двойную порцию, швырнул бармену купюру и вышел через служебный вход. Ноги сами собой вывели к железной дороге. Я стоял и смотрел на заляпанные чем-то черным бетонные шпалы. Пронзительный гудок предупредил о приближении электрички. Я не шелохнулся. Плотная волна воздуха, утрамбованная грохотом колес, ударила мне в грудь. Я покачнулся и осел.
Электричка умчалась. Я сидел, обхватив колени, и ясно представил, как однажды мои нервы не выдержат, я сорвусь, и брошу в лицо самоуверенным бандитам все, что о них думаю. Они не «крыша», не охрана, не добрые защитники бизнеса и даже не решальщики проблем – этих слов отморозки не достойны. Я скажу прямо, они – грабители, бандиты и убийцы. А затем, вероятно, меня ждет судьба бывшего хозяина бильярдной. Ведь, как ни крути, чем крупнее становится мой бизнес, тем выгоднее меня убить и все присвоить.
«Крякалка» милицейского клаксона вернула меня к действительности. Сзади из черного «паджеро» вышел Саша Белый с равнодушной физиономией.
– Увидел твою тачку перед входом. Ну что, берешь? – он ткнул пальцем через плечо в сторону бара.
– Не мое это. Не справлюсь, – попытался отказаться я.
– Слушай сюда, паршивый комерс! – Саша повел шеей, как озверевший бык на корриде. – Мне надоел твой скулеж. Каждый, кто работает на меня, должен приносить бабла больше и больше. Если не можешь, то сдохнешь!
         Он красноречиво показал на рельсы.
– А мне надоело платить твоим жлобам! – сорвался я.
Выбежавшие из-за спины Саши Белого два бритых парня сбили меня с ног и заломили руки. Они вздернули меня, и я оказался на коленях перед главарем бандитов. Саша Белый приблизился вплотную и пригвоздил меня злым сузившимся взором.
– Короче так, бар ты не получишь. Но со следующего месяца твой взнос возрастает на пятьдесят процентов.
Он плюнул мне в лицо и пошел к машине. Бандиты ударили меня по шее и почкам и побежали за боссом. Они уехали. И в этот момент, поднимаясь на четвереньки у железной дороги, где недавно было раскатано тело похожего на меня предпринимателя, я понял, что добром наше противостояние не кончится. Рано или поздно они выпотрошат меня полностью. Если я буду сопротивляться, меня убьют.
Что делать? Как вырваться из бандитского капкана? Я не в силах больше платить им! На те деньги, что они отняли у меня, я мог построить три таких биллиардных и в придачу купить два новеньких «паджеро», на котором раскатывает сейчас Саша Белый.
Решение пришло простое. Я должен опередить бандитов. Или я их, или они меня!
С этого дня все мои мысли были заняты тем, как убить бандитов.

Я готов мстить
Что только не приходит в голову бессонными ночами, если ты решаешься на убийство. Бомба под машину, расстрел из автомата, яд в пищу, лобовой удар «камазом». Я изучал, как изготовить взрывное устройство, где купить автомат и достать качественный яд. Черт возьми, я детально обдумывал каждый из этих вариантов! Конечно, мне больше импонировал способ, который можно было списать на несчастный случай. Как не крути, но из всего, что я придумал, под эту версию подходил только «камаз».
Предстояло выбрать место и время.
На Люберецком рынке я купил по дешевке угнанный «жигуль» без документов, в театральном магазине приобрел парик и усы под седеющего рокера, а на толкучке у метро выбрал темные очки и перчатки. И стал следить за «паджеро» Саши Белого. Тут-то выяснилось, что троица главарей редко ездит в одной машине. Каждый обзавелся крутой тачкой. Они гоняли нагло и агрессивно, часто в сопровождении джипа с рядовыми бойцами, постоянно нарушая разметку и сигналы светофоров. Я не мог держаться у них на хвосте, да это и не требовалось. Бандиты не прятались, а демонстрировали свою силу и исключительность.
Вскоре я вычислил основные «базы», где троица собиралась вместе, и нашел то, что надо. По пятницам-развратницам в районе полуночи три Саши зависали в сауне с проститутками. Я изучил обстановку. Машинам бандитов надо было сворачивать с основной дороги налево. Уступать они не привыкли, и, если все правильно рассчитать, «камазу» даже не потребуется выскакивать на встречку.
Ух! У меня даже аппетит пропал от нервного возбуждения.
Портило настроение лишь то, что я смогу расправиться лишь с одним из бандитов. Было бы странным, если бы рокер на «камазе» гонял туда-сюда, давя одну машину за другой. Так кого выбрать первым? Я размышлял два дня, пока не зашевелилась новая мысль: не подкупить ли одну из жриц любви, чтобы она подмешала бандитам в выпивку нужный порошок? Или самому как-то просочиться в сауну. Для нового плана требовалась серьезная разведка, и я арендовал сауну на два часа в середине дня.
– Вам с фирменным массажем? – уточнил банщик у седеющего рокера с временной татуировкой на шее.
– А то! – прекрасно понимая о каком массаже идет речь, ухмыльнулся я.
– Пожелания по внешнему виду массажистки?
– Клаудия Шифер имеется?
– Высокая блондинка, – деловито записал банщик. – Одна или две?
– О, даже так?
– Вторая за пол цены.
– Ну, тогда Сидни Кроуфорд в придачу подгони.
– Шатенка, – отметил банщик. – Что будете пить, есть?
– Да что там! Водочки и закуску под нее.
Сауна находилась в подвале под пристройкой к девятиэтажному жилому дому. В пристройке за замазанными побелкой витринами шел ремонт. Мой сеанс начался в два часа дня. Раньше сауна не работала, а позже было дороже. Я прошел мимо контейнера со строительными отходами и спустился к железной двери. Меня встретил озабоченный банщик, делающий пометки в блокноте. Я разделся, нахлобучил войлочную шапочку на парик и обмотался полотенцем. Банщик проводил меня в комнату с закусками. Там откровенно зевали две девицы в мини-юбках и колготках в сеточку. Банщик держал слово – блондинка и шатенка, хотя до супермоделей им было также далеко, как мне до Шварценеггера. Судя по косящим взглядам, девчонок больше интересовала запотевшая бутылка водки на столе, чем появившийся клиент.
– Вы что, еще не готовы? Быстро в душ и сюда! – приказал банщик.
«Только проснулись», – посочувствовал я ненормированному рабочему дню «массажисток» и открыл бутылку водки.
– Вмажем?
После первой рюмки глаза девиц потеплели и контакт наладился. Банщик предупредил, что отлучится за покупками, но девчонки постоянные, знают, что и где.
В сауне я скинул полотенце и лег на спину. Голая шатенка послушно мяла мне плечи и грудь, блондинка принялась за ноги. Ладошки шатенки спускались по моему телу, блондинки – поднимались. Я наблюдал над собой огромную колышущуюся грудь шатенки и думал, через скольких мужиков она успела пройти. Черт! Как же приятно. Не забыть бы, зачем я здесь.
– Здесь жарко, – вздрогнул я, прекращая ласки. – В бассейн!
Придерживая парик, я прыгнул в небольшой бассейн и громко рыкнул от холодной воды. Девицы обмотались полотенцами и прощебетали, что подождут за столом. Я откинул голову на бортик и раскинул руки. Глаза смотрели в низкий потолок. Надо мной висел стеклянный плафон. Слышалось, как сверху орудуют рабочие. Плафон от их усердия слегка подрагивал.
И тут меня настигло озарение!
Я выскочил из бассейна и ринулся к девицам. Требовалось избавиться от них побыстрее. Блондинка подняла голову:
– Может выпьешь? – предложила она.
– Да пошли вы! – я поднялся. – Убирайтесь, суки!
– Ты шо? –  возмутилась шатенка.
– Деньги получили, проваливайте!
Я грубо вытолкал обалдевших девиц из сауны. Ну вот, наконец, я один в помещении. Можно действовать.
Я выскочил на улицу и нашел в контейнере со строительными отходами кусок провода. Вернувшись в сауну, я отвинтил плафон над чащей бассейна и удлинил проводку к лампочкам на три метра. В качестве инструмента мне служил верный помощник на все случаи жизни – швейцарский нож. Обратно к потолку плафон я привинтил «на соплях».
Расчет был прост. Удар сверху – плафон отваливается, и длинный провод под напряжением падает в воду. Тех, кто находится в бассейне – убивает током. Для верности я отыскал электрический щиток и ввернул в автомат шуруп, чтобы он не отключался при замыкании.
Уф! Можно перевести дух. Завтра в пятницу все решится.

Убийство в сауне
В одиннадцать вечера, разбив окно, я проник в пустое помещение над сауной. Судя по снесенным перегородкам, здесь планировали открыть магазин. Строители выровняли пол и приступили к укладке плитки. Санузел со «стояком» они не трогали. Вертикальная канализационная труба являлась моей отправной точкой. Под ней в сауне располагался туалет.
Я встал спиной к санузлу и отсчитал три шага влево и пять вправо. Вот! По моим расчетам я находился строго над бассейном и сантиметрах в двадцати под моими пятками висел плохо привинченный плафон освещения с мотком длинного провода. Я лег на пол и приложил ухо к плитке. Снизу слышалось бухтение банщика. Он гонял проституток и требовал, чтобы привели в порядок сауну к приезду главных гостей. Отлично! Всё идет по плану. Мне тоже надо подготовиться. Я нацарапал ножом на плитке крест и приволок 50-ти килограммовый мешок плиточного клея. Если его приподнять и бухнуть в нужный момент, плафон отвалится и вместе с электрическим проводом упадет в бассейн. Для большего эффекта, я отыскал стремянку и расположил ее так, чтобы она падала в центр креста. Втащить тяжелый мешок на верхнюю площадку стремянки было нелегко, но я справился. Осталось немного подождать.
Я притаился у побеленной витрины и расчистил дырочку для глаза. Около полуночи к сауне на разных машинах подъехали Саша Белый и Саша Черный. Я ждал приезда третьего главаря, но Саша Злой так и не появился. Я переместился к точке над бассейном, лег и стал слушать. Однако сердце колотилось с такой силой, словно в груди работал отбойный молоток. Некоторое время я слышал только себя.
И вот, с мужским рыком в бассейн плюхнулись распаренные мужики. Я ясно «увидел» своих врагов, плещущихся в воде, и вдруг подумал, неужели это их последняя минута жизни? Сейчас обрушится плафон, пройдет разряд, и их тела…Я приподнялся на четвереньки, в висках сдавило, голова закружилась. Я сделал несколько глубоких вздохов и помотал головой, чтобы отогнать ненужное видение. Я должен видеть только этот пол, стремянку и мешок. Больше ничего! То, что произойдет внизу меня не интересует!
Я встал и оперся о стремянку. Как же хорошо, что я не сел за руль «камаза». Сейчас у меня не было уверенности, что в последний момент моя нога не ударила бы по тормозам. А уронить мешок – это совсем другое дело.
Я толкаю стремянку. Тяжелый груз бухает на плитку, пол вздрагивает, облако цементной пыли, как вязкий туман, неспешно поднимается над лопнувшим мешком. Наступившую тишину прорезает женский визг из сауны. Я топаю к окну, выбиваю остатки стекол и вываливаюсь во двор. Что-то не так, что-то изменилось с тех пор, как я проник в помещение. Я поднимаю взор. Все окна девятиэтажки темны, дом обесточен.
За углом у входа в сауну слышны возбужденные голоса братвы. Я плетусь к кустам. Такое впечатление, что я ворочал не один мешок, а разгрузил целый вагон. Вдруг меня окликают:
-   Это кто там? А ну стой!
        Я перехожу на бег, ноги слушаются плохо. Но вот звучит выстрел, листву над головой прошивает пуля, и мой организм включает сразу десятую скорость. Я выбегаю на дорогу и чуть не попадаю под колеса резвой спортивной машины. Я узнаю красный «Порш-911» Саши Злого. Он единственный из троицы предпочитает стильные тачки брутальным внедорожникам.
«Порш» резко тормозит, я опираюсь рукой о капот и перебегаю дорогу. Мои преследователи натыкаются на выскочившего Сашу Злого. В соседнем дворе я плюхаюсь в «жигули» и мчусь за город в Люберцы. В тихом месте скидываю с себя всё и переодеваюсь в новую одежду. «Жигули» оставляю открытыми рядом с гаражами. Уверен, к утру машину растащат на запчасти.
На следующий день я делаю привычную работу и стараюсь держаться невозмутимо. Но внутри всё клокочет. Как там? Что произошло? И что будет со мной? Три дня проходят тихо. На четвертый я узнаю о пышных похоронах Саши Черного и Саши Злого. Постепенно проясняются подробности. После падения плафона в воду свет отключился во всем доме и запахло горящей проводкой. Бандиты к тому моменту только покинули бассейн и запаниковали. Они поспешили к выходу, но в темноте Саша Черный поскользнулся и упал виском об угол бассейна. «Скорая» его не спасла.
Когда восстановили свет, Саша Белый разобрался, что трехметровый провод не мог сам собой оказаться в плафоне. И вот же совпадение, опоздавший Саша Злой учился на электрика! И помещение над сауной бандиты прибрали под себя по его инициативе. Между верхушкой главарей к тому времени уже были серьезные терки, и Саша Белый объявил, что покушение организовал Саша Злой. Утром Сашу Злого нашли изрешеченного пулями в красном «порше».
Я вспомнил, как загадал при первой встрече: «Да чтоб вы сгинули!»  Тогда я стоял между двумя тезками. А третий Саша находился в стороне. Саша Белый с почестями похоронил друзей и стал единоличным руководителем люблинской бригады.

Встреча через двадцать лет
Мы с женой предъявили билеты в бизнес-класс и прошли в ВИП-зал аэропорта Джона Кеннеди в Нью-Йорке. Через час предстояло возвращаться в Москву. Я бросил вещи в уютное кресло, подошел к буфету, наполнил тарелку сыром и фруктами, и налил два бокала охлажденного белого вина. Рядом со мной толстая рука с золотым «Ролексом» отмерила добрую порцию виски. Я покосился и обомлел.
Погрузневший, поседевший, потускневший, но это он – Саша Белый!
После трагедии в сауне я стал сворачивать торговый бизнес. Продал помещения и оборудование и вложил деньги в финансовые активы, которые не по силам контролировать бандитам. Доход стал меньше, зато спокойствия прибавилось. И самое главное – меня не могли в любой момент унизить диктатом грубой силы. «Крыша» напоследок сняла «свой процент» от сделок с недвижимостью и оставила меня в покое. Я поспешил приобрести квартиру в другом районе Москвы, сменил телефоны и начал новую жизнь.
И вот, спустя двадцать лет после вынужденного знакомства, последовала неожиданная встреча с прошлым. Нахлынувшие воспоминания не давали мне успокоиться. Саша Белый выжил и, судя по всему, преуспевает. В нервном возбуждении я то и дело подглядывал за ним. Мой бывший бандит один, без верных прихвостней, чем не повод поговорить по душам.
Жена почувствовала мое состояние и перехватила мой взгляд.
– Кто это? – спросила она. Я молчал. Но любимая женщина, с которой я прожил четверть века, прекрасно понимала меня и без слов.
– Твоя бывшая «крыша»? Я кивнул.
– Не трогай его! – обеспокоилась жена, вцепившись в мой локоть. Наши взгляды сошлись, мы поняли друг друга, и я твердо убрал ее руку:
– Я должен.
Когда Саша Белый пошел в туалет, я направился вслед за ним. В комнате мы оказались одни, и я дал волю накипевшим чувствам. Мои руки вцепились в лацканы дорогого костюма Саши Белого и впихнули грузное тело в кабинку для душа.
– Узнаешь? – Я дышал в лицо оторопевшему мужчине, припертому к стене.
Его брови сдвинулись, на лбу прорезались морщины, но вскоре губы расплелись в самодовольной улыбке.
– А, это ты! Я помню тебя. Хорошо помню.
– Ну, тогда ты должен помнить, что за тобой должок!
Я с силой дернул бывшего бандита на себя и вниз. Он рухнул передо мной на колени. Всё было так, как в момент нашей последней встречи у железной дороги, только теперь мы поменялись местами. Я плюнул Саше Белому в лицо. На душе стало светлее.
О Боже, как же мало надо, чтобы почувствовать себя человеком!
Саша Белый не сопротивлялся. Он спокойно протер лицо платком и бросил его под ноги.
– А ведь у меня депутатская неприкосновенность. – Он поднялся и отряхнул брюки. – Ты наглый, я сразу понял. Спасибо тебе.
– Повторить?
– За сауну спасибо.
– Что? Какую сауну?
Саша Белый вышел из душевой кабины и стал умываться. Я стоял за его спиной и ждал ответа. Он вытерся бумажными салфетками и поднял лицо. Мы смотрели друг на друга через зеркало.
- Я догадался, что ты захочешь убить меня, – произнес Саша Белый, ловя мою реакцию. – Я мог щелкнуть пальцами, и тебя бы не стало, но мне было любопытно, что способен предпринять умный технарь.
     Я молчал, чувствуя, как успокоившееся сердце возобновляет пляску. Белый продолжил:
– Мне с напарниками стало тесно на одной поляне, и я надеялся, что ты начнешь с них. Когда в сауне рухнул светильник на длиннющем проводе и вырубился свет, я понял, чьих это рук дело. И воспользовался ситуацией. Саша Белый бросил скомканные салфетки в корзину и пошел к выходу. На меня нашло прозрение:
– Значит, Саша Черный упал не сам. Это ты его! Белый обернулся и продемонстрировал свою омерзительную ухмылку:
– А ты соучастник. Помни об этом.
Объявили посадку на наш рейс. Мы с женой расположились в широких креслах бизнес-класса, а Саша Белый прошел дальше в самый дорогой салон класса «Империал».
В течение девятичасового перелета я так и не уснул. Мне потребовалось много раз посылать стюардессу за коньяком. Алкоголь растворил тоску в противной головной боли.
При выходе Саша Белый по-дружески похлопал меня по плечу и шепнул:
– Каждый находит оправдание своей подлости.
Бывший бандит, нынешний депутат ушел, а я вновь почувствовал себя оплеванным.
2013 год

 

Статьи

Посетители

Сейчас на сайте 390 гостей и нет пользователей

Реклама

Патриот Баннер 270

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ