• Издания компании ПОДВИГ

    НАШИ ИЗДАНИЯ

     

    1. Журнал "Подвиг" - героика и приключения

    2. Серия "Детективы СМ" - отечественный и зарубежный детектив

    3. "Кентавр" - исторический бестселлер.

        
  • Кентавр

    КЕНТАВР

    иcторический бестселлер

     

    Исторический бестселлер.» 6 выпусков в год

    (по два автора в выпуске). Новинки исторической

    беллетристики (отечественной и зарубежной),

    а также публикации популярных исторических

    романистов русской эмиграции (впервые в России)..

  • Серия Детективы СМ

    СЕРИЯ "Детективы СМ"

     

    Лучшие образцы отечественного

    и зарубежного детектива, новинки

    знаменитых авторов и блестящие

    дебюты. Все виды детектива -

    иронический, «ментовской»,

    мистический, шпионский,

    экзотический и другие.

    Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

     

ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

 

Эдуард БОРНХЁ

 

 

 

 

 

ЛИВОНСКИЙ ОРДЕН
Отрывок из повести

*
Кристина смело вошла в развалины, спряталась в темном уголке и стала прислушиваться. Вокруг не было ни души, но из-под земли доносился далекий глухой шум. Осторожно переползая вперед, Кристина уловила, что шум яснее всего слышен у входа в полуразрушенный сводчатый коридор. Она стала пробираться дальше и вскоре увидела вдали отблеск света. Кристина дрожала, как в лихорадке, но любопытство и страстное желание увидеть сына гнали ее вперед. Теперь было ясно слышно, что шум порождают голоса множества людей, говорящих разом. Вдруг гул затих и раздался знакомый голос кузнеца Виллу. Кристина остановилась и напрягла слух.
– Мы, люди земли Сакала, уже обо всем между собой сговорились, – говорил кузнец звучным голосом, – но пришельцам из земель Ярва и Уганди, собравшимся здесь, я подробно все объясню, чтобы они потом сами решили, стоит ли им начинать сражаться вместе с нами или нет. Перед этим я еще раз напомню: все мы поклялись никому ни единым словом не заикаться о том, что здесь говорилось. Предателей да поглотит преисподняя!
 Я за это время побывал в Новгороде, Пскове и у литовцев. Не напрасно: русские и литовские князья твердо обещали прийти нам на помощь, если увидят, что мы действительно готовы к борьбе. В доказательство этого они требуют, чтобы мы прежде всего завладели Вильяндиским замком. Если это нам удастся, то в их помощи мы можем быть уверены. Русские не боятся немцев – они их уже не раз побеждали. Литовцы ненавидят Тевтонский орден еще больше, чем мы. У них к этому достаточно причин. Недавно только орденские рыцари и вместе с ними несколько немецких князей совершили набег на землю литовцев. Много деревень было уничтожено, множество мужчин убито, а женщины и дети уведены в плен.
В городе Плоньяне было четыре тысячи жителей. Немцы, собрав большое войско, окружили его. Они не смогли взять город, пока не подожгли его горящими стрелами. Жители не хотели сдаваться живыми, они закалывали друг друга мечами и падали в огонь. Последние из осажденных добровольно приняли смерть от руки старой жрицы, которая затем сама бросилась в огонь. Тогда только рыцари ворвались в город, развеяли пепел язычников по ветру и сровняли город с землей. Литовцы же поклялись вечно мстить орденским рыцарям и уничтожать их*.
*Эта клятва была выполнена. Литовцы во многих сражениях в течение ста лет подрывали мощь Тевтонского ордена, и после кровавой битвы под Танненбергом (1410) орденское государство подпало под владычество литовцев и союзных им поляков. (Прим. авт.)
Поэтому мы можем твердо надеяться на поддержку литовцев. Правда, было бы лучше обойтись без помощи со стороны, так как все, оказавшие помощь, потребуют вознаграждения и рано или поздно сами начнут нас угнетать. Мы не беспомощные дети.В Эстонии наши братья сейчас в беде, но все еще отважно сопротивляются. Жители Сааремаа пока еще сами себе хозяева и готовы выступить, чтобы сломить власть чужеземцев и на материке. Если мы сейчас внезапно нападем на рыцарей с тыла, то можем с ними справиться; а когда они будут изгнаны с нашей земли, мы сумеем защитить свои границы.
Но, во всяком случае, нам прежде всего необходимо взять Вильяндиский замок, чтобы в нашем тылу у неприятеля не было твердой опоры. Для этого мы придумали следующее. В моей подземной кузнице хватит оружия, чтобы перебить защитников замка; в дальнейшем же орденские воины сами нам прибавят оружия. В замок мы проникнем таким образом: в Фомин день крестьяне близлежащих земель должны, как и каждый год, доставить в Вильяндиский замок десятину. Но на этот раз мы вместо зерна положим в мешки самых сильных наших людей и отправим их в замок рано утром, когда рыцари еще спят. Когда дровни с мешками будут впущены во двор замка, возчики развяжут мешки, люди мигом выскочат и перебьют оторопевших воинов, а сонных рыцарей возьмут в плен.
Я же постараюсь накануне вечером под каким-нибудь предлогом попасть в замок, останусь там на ночь и буду за всем следить, чтобы не случилось беды. Если появится какая-нибудь опасность, я сейчас же из замка подам знак. Мой верный товарищ, ристиский Петер, будет на первых дровнях... Но что это за крик?..
Кристина бежала как испуганная лань. Опасность, угрожающая её сыну Петеру, исторгла из груди матери болезненный вопль. Думая, что за ней уже гонятся, она опрометью выбежала из развалин, и только далеко в зарослях остановилась перевести дух. Среди развалин сновали черные тени. Ночь была тихая, и голоса были слышны ясно.
– По-моему, это кричала какая-то перепуганная женщина.
– Глупости! Разве женщина решится забрести сюда в полночь?
– Я слышал крик совы.–>Конечно, сова и больше ничего.
– Это, видно, не к добру.
– Сова заухала – быть беде.
– Ты веришь бабьим сказкам? Сова – глупая тварь, она в человеческих делах ничего знать не может, а тем более предсказывать.
Дай Бог!

**
Накануне Фомина дня кузнец Виллу с большим бочонком вина явился в Вильяндиский замок. Его, как старого знакомца и приятеля комтура, беспрепятственно впускали сюда. Кузнец имел обыкновение каждый раз, возвратясь из чужих стран, приносить в дар комтуру либо охотничью собаку, либо бочонок лучшего виноградного вина. Раньше он всегда навещал комтура на следующий день после возвращения. Теперь же он опоздал с подношением подарка на целых две недели, но зато подарок был ценнее, чем когда-либо раньше. Комтура не было дома, и кузнец остался в замке ждать его. Чтобы не так скучно было дожидаться, он приказал на свой счет привезти из города целую бочку самой крепкой водки и устроил вечером веселый кутеж для воинов замка. Время от времени он бродил по двору и всем закоулкам замка, болтал с воинами, просился к ним на ночлег и обещал доставить еще бочку водки.
Поздно вечером у ворот замка появилась Кристина и попросила, чтобы ее провели к комтуру. Стража не пропустила ее в замок, сказав, что комтур уехал. Кристина притаилась за воротами и стала ждать. Продрогла она так, что зуб на зуб не попадал. Наконец послышался звон колокольчиков и топот копыт. Великолепные сани, в которых сидел комтур с двумя орденскими рыцарями, подъехали к воротам. Господа были в веселом настроении – они возвращались с празднества, от богатого владельца мызы, на дочери которого собирался жениться племянник комтура, Госвин Герике младший. Сегодня состоялась помолвка.
– Господин комтур, господин комтур! – послышался у самой дороги жалобный голос, и Кристина упала на колени в снег. – Позвольте сказать одно слово!
– От этой женщины я до самой смерти не избавлюсь, – с досадой проворчал комтур. – Что тебе еще от меня нужно, старуха? Разве я не сказал тебе в прошлый раз, чтобы ты мне на глаза больше не показывалась? Хотел бы я упрятать тебя куда-нибудь в подземелье, чтобы ты, наконец, успокоилась! Убирайся прочь и благодари бога, что я сегодня хорошо настроен.
Замковые ворота поднялись, и лошади снова тронулись. Кристина ухватилась за сани и сказала тихо, но внушительно:
– Если вы меня не выслушаете, то завтра будете мертвы.
– Стой, кучер! – крикнул комтур и выскочил из саней. – Ты бредишь, женщина?
– Жизнь ваша и всех немцев в моих руках! – зашептала Кристина. – Проведите меня куда-нибудь, где я могла бы поговорить с вами с глазу на глаз. Исполните мою просьбу, господин комтур, не то случится страшное несчастье.
– Ступай за мной, – сказал комтур. Орденским рыцарям он велел ехать дальше и повел Кристину в пустую сторожевую будку.
– Говори, старуха, но остерегайся пустой болтовни!– сказал он сурово.
– Сперва обещайте исполнить одну мою просьбу, – попросила Кристина. – Я прошу только сохранить жизнь моему сыну.
– Кто же посягает на его жизнь?
– Вы, господин комтур.
– Ты с ума сошла?
– Вы властны над жизнью и смертью Петера. Если вы подарите мне его жизнь, то и ваша будет спасена.
– Говори скорее, потом посмотрим.
– Нет, сначала обещайте вернуть мне моего сына живым, если он попадет в ваши руки.
– А если он виновен?
– Он ни в чем не виновен. Злодеи увлекли его по ложному пути, так что он может стать соучастником страшного преступления. От этого я хочу его спасти.
– Если он невиновен, то его жизни ничто не угрожает. А теперь говори, да поскорее, иначе я силой развяжу тебе язык.
– Раньше обещайте...
Комтур распахнул дверь и кликнул слуг.
- Господин комтур, не зовите слуг, я все расскажу! – закричала Кристина. – Тогда вы сами убедитесь, что за Петером нет никакой вины, во всем виноват проклятый кузнец!
Комтур велел слугам, прибежавшим на зов, подождать и снова затворил дверь. И Кристина рассказала все, что слышала в развалинах древней крепости. Ее неугасимая ненависть к кузнецу сказалась в том, что она, передавая комтуру подслушанные ею слова Виллу, прибавляла к ним от себя страшные проклятия и ругательства, которыми он якобы осыпал рыцарей и немцев. Неизвестно, что больше побудило ристискую Кристину к предательству – страх за жизнь сына или желание отомстить кузнецу.
– Вы теперь сами видите, господин комтур, что Петер ни в чем не виновен, а во всем виноват этот чертов кузнец; он, наверно, сейчас уже в замке и ждет минуты, когда сможет погубить вас и всех немцев, – закончила Кристина.
– Твой сын тоже виноват, – сказал комтур, сдвинув брови. – Он разносит смуту, его нельзя оставлять среди крестьян. В знак благодарности, вняв твоей просьбе, я дарю ему жизнь, но присуждаю к вечному заточению... Молчать! Ни слова больше! Сама ты останешься на ночь здесь под стражей, чтобы твой болтливый язык не причинил какого-либо вреда. Если твой сын действительно будет находиться на первых дровнях, я велю его вытащить из мешка живым, и ты сможешь взглянуть на него в последний раз. После этого он никогда больше не увидит солнечного света. Та же участь постигнет и тебя, если ты хоть раз еще покажешься около замка.
– Господин комтур, еще одно слово! – закричала Кристина в диком отчаянии; но комтур уже вышел и запер дверь на замок.

***
Тем временем кузнец Виллу сидел в жарко натопленной комнате, щедро угощая воинов. Лица у людей горели, кое-кто храпел за столом, положив голову на руки; другие валялись на полу, а кузнец снова и снова наполнял кружки, приговаривая, что сегодня должны быть опорожнены две бочки.
— Давайте сегодня веселиться, ибо завтра, может быть, придется распрощаться с жизнью! – притворно посмеивался он.
Слуги не заставляли себя просить, а храбро пили, хвалили щедрость кузнеца и осуждали скупость рыцарей, которые никогда не устраивали им подобных пиршеств.
Была уже ночь, когда кузнеца известили, что комтур возвратился и зовет его к себе.
- Я скоро вернусь, – сказал Виллу, вставая. – Пейте, люди, пока есть что пить! На том свете виноградников нет!..
Он взял бочонок под мышку и последовал за слугой. Тот привел его в высокую комнату с узкими окнами; здесь горели восковые свечи и на столе блестели золотые и серебряные кубки. Комтур и несколько рыцарей сидели за столом и пили дорогое вино. Комтур благосклонно выслушал приветствие кузнеца и сказал:
- Это хорошо, что ты не забываешь старых друзей. В этом году ты заставил себя ждать дольше, чем обычно. Может быть, ты медлил потому, что я в тот раз тебя немного рассердил? Помиримся! Я здесь, перед моими братьями по ордену, прошу у тебя прощения. Ты удовлетворен?
Виллу не сразу нашелся что ответить.
- Ты все гневаешься? – продолжал комтур. – Ну, послушай тогда, что я еще сделал для нашего примирения. Ты по-прежнему считаешься крепостным Вильяндиского замка, но ты так долго и честно служил ордену как воин и изготовил ему столько хорошего оружия, что у нас давно уже было решено отпустить тебя на волю. Я тотчас же после ссоры с тобой просил ландмейстера о твоем освобождении, но из-за войны ответ задержался, и мы его только недавно получили. Теперь я спрашиваю тебя: хочешь ли ты быть вольным человеком?
– Хочу, – ответил кузнец глухим голосом.
– Тогда поставь бочонок и подойди сюда!
Кузнец исполнил приказание.
– Стань на колени! – сказал комтур.
Кузнец помедлил минуту, но потом с хмурым видом стал на одно колено. Комтур дал ему легкую пощечину и сказал:
- Пусть это будет последней пощечиной, которую ты как крепостной раб должен был покорно стерпеть. Как вольный человек ты впредь никому не должен позволять бить себя. Встань и возьми свою вольную.
Комтур взял со стола пергамент с большой печатью и передал его Виллу. Затем он поздравил кузнеца и пожал ему руку.
Рука Виллу дрожала, когда он прятал за пазуху драгоценную грамоту; милость комтура так глубоко тронула его доброе сердце, что он едва сдерживал слезы. Он не мог вымолвить ни слова. Комтур долго молчал и смотрел на кузнеца, как бы чего-то ожидая.
- Теперь мы квиты, – глухо произнес наконец комтур. – Ты спас меня от смерти, я тебя избавил от рабства. Выпьем в знак расчета!
Кузнец взял кубок, который ему подали, выплеснул половину вина на пол, а остальное выпил одним глотком. Теперь только язык его развязался.
– Благодарю вас, господин комтур, за волю и хороший глоток вина, – сказал он, глубоко растроганный. – Сейчас я еле нахожу слова, чтобы выразить свою благодарность, но в будущем, может быть, очень скоро, я надеюсь подтвердить ее делом. А теперь я, как и прежде, в знак моего уважения, прошу вас принять этот бочонок вина, лучшего, какое только есть на свете, и отведать его сейчас же.
– Покажи! – сказал комтур.
Виллу откупорил бочонок и наполнил кубок. Вино было темно-красного цвета, с удивительно приятным ароматом.
- Нет ли в нем яда? – сказал один из рыцарей полушутливо, полусерьезно.
- Нет, – заявил комтур. – Я знаю кузнеца!
Он тотчас же поднес кубок к губам и выпил вино залпом.
- Чудесное вино! – сказал он, прищелкнув языком. – Твой подарок настолько ценен, что я не могу оставить его неоплаченным. Пойдем, я подарю тебе кое-что равноценное твоему подарку. Вы, братья по ордену, будьте свидетелями тому, что я не скупее кузнеца. Пойдем!
Комтур взял со стола подсвечник со свечой и пошел впереди, кузнец и рыцари последовали за ним. Они спустились по длинной лестнице и миновали много сводчатых коридоров. Наконец комтур отпер железную дверь, и они вошли в комнату с низким потолком; воздух здесь был настолько затхлый, что свеча еле теплилась. В дальнем конце комнаты стояли два толстых столба, подпиравшие сырой, заплесневевший каменный свод. Комтур велел кузнецу стать между столбами и пристально глядеть на заднюю стену. Кузнец исполнил приказание. Сердце у него почему-то защемило. В указанном ему месте он ничего не видел, кроме какой-то странной железной фигуры, вмурованной в стену. Фигура имела причудливый вид, и кузнец невольно стал ее разглядывать, не понимая, что она изображает.
– Догадываешься теперь, что я собираюсь тебе подарить? – спросил комтур у него за спиной.
– Нет, – хрипло ответил кузнец. Горло его словно чем-то сдавило.
– Я дарую тебе жизнь, мятежник! – прогремел комтур.
В тот же миг фигура перед глазами у кузнеца пришла в движение, пол исчез у него из-под ног, и кузнец почувствовал, что проваливается под землю.
Когда Виллу пришел в себя, его окружала кромешная тьма. От спертого воздуха и зловония он закашлялся. Под собой он нащупал мокрую солому, перемешанную с грязью, а вытянув руки, убедился, что находится среди четырех узких стен, сложенных из больших гранитных плит. Он вскочил и протянул руки кверху, но пальцы его не коснулись потолка. Он попытался взобраться вверх по стене, но стены были настолько скользкими, что пальцам не за что было ухватиться.
У кузнеца не осталось никаких сомнений: он находился на дне глубокой, темной могилы.
Мысль, что он, как неразумное дитя, позволил коварному рыцарю обмануть себя, на миг помутила его рассудок. Он колотил кулаками о стены, пока не разбил руки в кровь, рвал на себе волосы и страшно кричал. Когда тело его утомилось и разум прояснился, Виллу сел, обхватил голову руками и стал призывать смерть. Но смерть не пришла, и он впал в бесчувственное, безразличное состояние, которое граничило со сном. Сколько времени оно длилось, кузнец не мог дать себе отчета. Вдруг ему показалось, что он слышит далекие глухие крики о помощи. Кузнец снова вскочил, снова до крови бился о стены, пытался, подскакивая, ухватиться за потолок, призывал на помощь бога и людей. Но ответа не было. Далекие вопли вскоре прекратились, и вокруг кузнеца опять воцарилась гробовая тишина.

 

Повесть Эдуарда БОРНХЁ «ЛИВОНСКИЙ ОРДЕН»

и послесловие Сергея ШУЛАКОВА "ПРИБАЛТИЙСКАЯ ИСТОРИЯ"
опубликованы в журнале «КЕНТАВР» №5-2015г. (выходит в ноябре)

 

Статьи

Посетители

Сейчас на сайте 272 гостя и нет пользователей

Реклама

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ